«Каждый думает, что знает меня, но не каждый знает, что не знает, кто думает…»
Так гласит цитата с картинки с задумчивым волком. Но вы можете узнать этих животных, ставших символом суровости и глубокой философии, поближе: выберите волчий мем и узнаете подходящий (или не очень) факт о волках.
Отношения с собаками
Волки могут скрещиваться с собаками, и для обоих это скорее плохо, чем хорошо. Гибриды волков и собак обычно не боятся людей, а если они сами бродячие, то их родители, скорее всего, встретились где-нибудь недалеко от человеческого поселения. В таком случае волкособ рано или поздно столкнется с людьми или скотом, и если он ранит кого-то из них, отстреливать начнут всех, в том числе ни в чем не повинных волков.
Но это частный случай, а самое массовое и долгоиграющее последствие «запретной любви» собак и волков сейчас доставляет неудобства тысячам домашних любимцев по всему миру. Дело в том, что с высокой долей вероятности саркому Стикера, трансмиссивную венерическую опухоль собак (ТВОС), передали друзьям человека волки примерно 2500 лет назад.
Где-то 200 лет назад клетки ТВОС стали, по сути, самостоятельными организмами. Их генотип у всех пораженных животных почти одинаковый и несет в себе фрагменты генома волков либо койотов или каких-то пород, представители которых скрещивались с волками. Хотя заразная опухоль половых органов довольно легко поддается химиотерапии и даже порой проходит сама, иногда она образует метастазы, и лучше бы, чтобы ее не было.
Конфликты
Cобаки произошли от волков, и одомашнивание изменило их поведение — иногда непредсказуемым образом. Казалось бы, собаки должны быть добрее и легче идти «на мировую», чем дикие волки. Но нет: члены волчьей стаи после ссоры ищут контакта друг с другом для примирения, притом навстречу «врагу» идут как жертва, так и обидчик. Собаки, наоборот, избегают тех, с кем вступили в конфликт. Ученые, обнаружившие это, считают, что дело в том, насколько судьба животного зависит от действий группы, к которой оно принадлежит. Волки больше полагаются на кооперацию, чем собаки, отсюда и стремление помириться.
Кроме того, волки, которых обидел кто-то из членов стаи, сразу после конфликта могут пойти за утешением к кому-то еще из своих. Обычно такое поведение наблюдают у человекообразных обезьян; оно считается сложным и не всем доступным.
Взаимопонимание и лидерство
Ясон Бадридзе, грузинский зоолог, который несколько сезонов провел с волками, говорит, что во время охоты волки каким-то загадочным образом коммуницируют друг с другом: каждый член стаи четко понимает, что он должен делать и когда. Но вероятно, что ученый здесь ошибается: в 2011 году испанские и американские ученые показали, что для эффективной охоты волкам в группе вообще не обязательно взаимодействовать. Во всех успешных случаях поимки добычи все животные независимо от остальных двигались согласно двум правилам: подойти к жертве на минимальное безопасное расстояние, но при этом отойти как можно дальше от других волков, которые стоят настолько же близко к жертве. Все звери в стае выполняют одни и те же действия и взаимозаменяемы, и нет никакого «Акеллы», чья роль на охоте главнее.
А в 2000 году канадские биологи с помощью GPS-ошейников и слежения с воздуха выяснили, как перемещаются три стаи хищников на западе Альберты. GPS-данные ученые затем прогнали через скрытые марковские модели, чтобы понять, смогут ли последние предсказать точки, где волки убивают и едят свою добычу. Оценки моделей неплохо коррелировали с информацией, полученной с воздуха. Более того, оказалось, что одну стаю можно отличить от другой по характеру перемещений и тому, где они убивают свою добычу.
Семейные ценности
Волки действительно образуют стабильные пары, и чем дольше такая пара существует, тем выше выживаемость детенышей и тем меньше вероятность, что кто-то из партнеров будет спариваться на стороне. В этом смысле волки скромнее бродячих собак: те не склонны останавливать выбор на ком-то одном. А еще волчицы реже сук следуют принципу «секс за еду» и не так часто пытаются во время течки завладеть пищей, которую добыл их избранник.
Часто в стае размножаются только один самец и одна самка, которые приходятся родителями всем остальным ее членам. Другие редко спариваются даже со свободными чужаками. 14 сезонов наблюдения за скандинавскими волками и отслеживания их ДНК-следов показали, что главная причина распада пар — смерть одного из партнеров. К сожалению, часто это смерть насильственная, поэтому средняя продолжительность волчьей любви — два года. Союзы, в которых животные приходятся друг другу родственниками, распадаются быстрее прочих, но почему это так, непонятно. А вот американские волчицы вступают во «внебрачные связи», и чем выше плотность популяции, тем это происходит чаще.
Вообще, волки обычно избегают инцеста, и каким-то образом получается, что дети не скрещиваются с родителями, даже когда они могут, подобно Эдипу, занять место отца или матери «на троне». Тем не менее, порой близкородственные связи образуются, и дети в таких союзах тем слабее, чем выше степень родства между родителями.
Сердце волка
В поисках пищи волки обходят «домашние» участки площадью от 80 до 3000 квадратных километров, и эти постоянные перемещения не могут не сказаться на сердце. Американские зоологи в 1998 году сравнили электрокардиограммы 11 свободноживущих волков (чтобы снять показания, их временно усыпляли) и 20 волков-«узников» — те провели в загончике площадью менее 0,01 квадратного километра два года или больше. У диких волков по сравнению с теми, кто жил в неволе, был увеличен объем камер сердца — предсердий и желудочков. Звучит пугающе, если не знать, что большие камеры сердца — совершенно нормальное явление для животных с частыми «тренировками на выносливость». Это наблюдается и у людей-бегунов на длинные дистанции, и у борзых и ездовых собак.
Волчья диета
Волки питаются и теми, кто крупнее их (лосями и кабанами), и теми, кто мельче (бобрами и зайцами). Коэффициент силы укуса (эта величина, в отличие от самой силы укуса, не зависит от массы животного и примерно показывает, насколько крупную относительно себя добычу он может загрызть) позволяет: он у серого волка один из самых высоких, выше только у дымчатого леопарда, ягуара и гиеновидной собаки.
Нередко волки выступают в роли «высших хищников» в экосистеме, то есть стоят выше всех в сети питания. От звена к звену теряется энергия, но не вещества и элементы, которые невозможно превратить во что-то другое. Поэтому в телах волков накапливается много изотопа углерода-13, который в составе углекислого газа попал в растения, а оттуда — в травоядных. По тому, как меняется его концентрация со временем, определяют, какой климат был в ту или иную эпоху, сколько биомассы производили растения. Оказалось, что старые музейные чучела волков отражают временные колебания углерода-13 лучше, чем туши лосей или стволы деревьев.
Кого и где съест волк, стопроцентно точно не предскажешь, но кое-какие закономерности наблюдаются. Так, в центре Скандинавии, где экосистемы победнее на виды, чем в более южной Тоскане, диета волков меньше различается от сезона к сезону: разнообразию неоткуда взяться. От географического положения местности, на которой обитает волк, зависит и его суточная активность. Звери на юге меньше двигаются днем, чем на севере, независимо от того, какие антропогенные факторы на них действуют и насколько сильно. Скорее всего, в один и тот же день в светлое время суток условному израильскому волку жарче, чем животному на Аляске. Чем больше вокруг стаи расположено автодорог и чем чаще она нападает на домашний скот, тем вероятнее ее члены охотятся ночью — видимо, чтобы минимизировать риск столкновения с людьми. Если речь идет просто о перемещениях в темное время суток, а не о поимке добычи, то на передний план вновь выходит широта.
Как копируют волков
Хотя поголовье волков уже полвека восстанавливают на всех континентах, где они водились, некоторые популяции по-прежнему очень малочисленны. Однако на случай, если какая-то из них вымрет, уже полтора десятка лет существует экстренное средство — клонирование. Например, в 2008 году корейские ученые подарили одному погибшему самцу волка жизнь сразу в нескольких новых телах. Ядра из клеток его тела пересадили в яйцеклетки собак, предварительно лишенные собственных ядер (тот же метод использовался для создания овечки Долли). Так получили 372 эмбриона с ядерной ДНК погибшего волка (митохондриальная была от собак — доноров яйцеклеток), 17 из них прижились, родилось 4 живых щенка, но один почти сразу же умер. Оставшиеся трое чувствовали себя неплохо.
Еще до самца волка, в 2005 году, те же ученые клонировали живую самку, взяв для этого материал из фибробластов (клеток соединительной ткани) ее уха. Правда, с этой работой вышел скандал: оказалось, что один из ее соавторов в другом проекте манипулировал данными об эмбриональных стволовых клетках человека, а в «волчьей» рукописи нашли математические ошибки. Тем не менее, волчицы Снувулф и Снувулфи («Сну» — сокращение от «Сеульский национальный университет») какое-то время мирно жили в Сеульском зоопарке. Снувулф, правда, внезапно скончалась незадолго до четырехлетия, но Снувулфи чувствовала себя неплохо (правда, после 2009 года ее следы в англоязычном интернете теряются).