Создатели великого комбинатора – Остапа Бендера Илья Ильф и Евгений Петров работали над своим произведением не очень долго. С осени по декабрь 1927 года уже была написана первая часть романа, которую они отнесли на суд Валентину Катаеву. Тот прочёл историю про поиски бриллиантов в стульях и вынес вердикт: «Совершенно сложившиеся писатели, в наставничестве не нуждаются». Напрашивается вопрос: почему соавторы выбрали в качестве цензора именно Валентина Катаева? Были уверены в безупречности его одесского чувства юмора? Ценили, как талантливого коллегу? Конечно, но был и еще один малоизвестный факт.
Дело в том, что под псевдонимом Илья Ильф скрывался Иехиел-Лейб Арьевич Файнзильберг – почти как Сулейман Берта Мария, сын банковского служащего. А под Евгением Петровым – Евгений Петрович Катаев – младший брат Валентина Катаева, его друг и коллега по перу и газетному делу. Оба Катаевых во время Великой Отечественной прошли огни и воды «с лейкой и блокнотом, а то и пулеметом» в качестве военных корреспондентов. Но это было позже, а пока Валентин Петрович дал путёвку в жизнь роману, но поставил не менее весёлое условие, чем само произведение. История про великого проходимца должна быть посвящена ему, как «крёстному отцу» этого литературного проекта. А когда на руках у авторов окажется первый гонорар за книгу, они выделят из этих средств малую толику на приобретение для Валентина Катаева золотого портсигара. Дело в том, что у литераторов была традиция, начало которой положил еще Пушкин – упоминать в книгах имя наставника. В его восьмой главе Онегина есть зарифмованная благодарность Державину: «Старик Державин нас заметил и, в гроб, сходя, благословил». Что касается Катаева, то его имя соавторы зашифровали как Старика Соббакина, который, в свою очередь, благословил их на выход в свет «Двенадцати стульев» и «Золотого телёнка».
Это прозвище старший Катаев получил еще в редакции журнала «Гудок» в начале карьеры. А в романе вывели его в образе инженера Брунса. Насчет портсигара авторы выполнили обещание, но опять-таки, в своём одесском репертуаре! Портсигар был, действительно, золотым с бирюзовой кнопочкой, но…женским и по размеру в два раза меньше мужского. Валентин Катаев сначала рассвирепел, а потом развеселился, услышав объяснение "крестников", что относительно "гендерной принадлежности" портсигара в договоре между ними ничего не условливалось.
Зимой 1928 книга была завершена, авторы поставили последнюю точку, сложили рукопись в специальную папочку и отвезли Бендера на обычных санках из редакции, где они трудились над романом, домой. Буквально сразу главред журнала «Тридцать дней» дал официальное «добро» на публикацию романа. И, начиная с января по июль, историю про великого комбинатора имели удовольствие прочитать все желающие. Иллюстрировал приключения Остапа график Михаил Черемных, а редактировал – завотделом Василий Регинин. Многие литераторы уверены, что именно Валентин Петрович Катаев тогда подключил свои связи и личные знакомства с членами редколлегии, верстальщиками, наборщиками и главное – официальными цензорами. Иначе книга могла бы надолго остаться на «запасной» полке, времена тогда в плане идеологии были жесткими. А так: «Провозгласил остряк один: Ильф — Салтыков, Петров — Щедрин»! И мы и сегодня имеем удовольствие погрузиться в авантюрный мир, созданный двумя талантливыми писателями с благословения Валентина Катаева.
Если материал понравился, ставьте лайки, подписывайтесь на канал!