Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Рваный ритм небоскребов Андреаса Фейнингера

Андреас Фейнингер (Andreas Feininger) американский фотограф германского происхождения получивший образование в школе дизайна Баухаус (Bauhaus) сделавший множество классических фотографий Нью-Йорка середины ХХ века. Вид на Нью-Йорк 1952 года вошел в число наиболее значимых фотографий журнала Лайф (Life) сделанных в ХХ веке. Сам Файнингер говорил, что «сопоставление в одном кадре двух гигантских достижений человечества (города и корабля), с фигурами людей, которые кажутся крошечными, просто невероятно». В этой фотографии объединены городской и индустриальный пейзаж. Гигантский пароход на переднем плане, город на заднем плане и фигуры людей на палубе дают представление об исполинских размерах сооружений построенными этими самыми людьми. Итак, главная идея сопоставление масштабов, точнее не масштабность человека сооружениям и подавление человека, или наоборот величие человеческого разума способного создать великий город. Все зависит от точки зрения. Если отталкиваться от формального анал
Andreas Feininger New York City,1952
Andreas Feininger New York City,1952

Андреас Фейнингер (Andreas Feininger) американский фотограф германского происхождения получивший образование в школе дизайна Баухаус (Bauhaus) сделавший множество классических фотографий Нью-Йорка середины ХХ века. Вид на Нью-Йорк 1952 года вошел в число наиболее значимых фотографий журнала Лайф (Life) сделанных в ХХ веке. Сам Файнингер говорил, что «сопоставление в одном кадре двух гигантских достижений человечества (города и корабля), с фигурами людей, которые кажутся крошечными, просто невероятно».

В этой фотографии объединены городской и индустриальный пейзаж. Гигантский пароход на переднем плане, город на заднем плане и фигуры людей на палубе дают представление об исполинских размерах сооружений построенными этими самыми людьми. Итак, главная идея сопоставление масштабов, точнее не масштабность человека сооружениям и подавление человека, или наоборот величие человеческого разума способного создать великий город. Все зависит от точки зрения.

Если отталкиваться от формального анализа произведения, то композиция построена на повторяющемся ритме разных планов располагающихся горизонтально. Формы составляющие ритм похожи, размеры и собственно ритмичность расположения заметно отличаются. Регулярный и быстрый ритм парапета палубы парохода как аккордами прерывается сдвоенными балясинами, промежуток между которыми цементируется спасательными шлюпками. Огромные, чуть наклоненные, прямоугольники труб, из которых валит дым, задают свой ритм и масштаб. Из них валит дым, который красив сам по себе, и он приводит зрителя к рваному, и очень сильному, ритму прямоугольных небоскребов. Расстояние между пароходом и небоскребами определено тональной перспективой, что только усиливает ощущение величия. Ритм прямоугольных небоскребов поддержан вертикальными прямоугольниками окон домов, вертикальными прямоугольниками на белых полосах труб. Это создает основной рисунок, задает настроение.

Обратив внимание на фотографию зритель начинает разглядывать людей на палубе, крошечные машины на набережной, крыши которых подсвечены контровым светом. И вот тут отношение к сопоставлению размеров зависит от мыслей, настроения и отношения зрителя к людям и человечеству, Америке и Нью-Йорку, ритму большого города. Под влиянием этих факторов и будет определено отношение к происходящему, а люди будут названы пигмеями которых сожрал огромный город, или будет признано величие их разума, способного создать новую цивилизацию.