Я позвала семью на пруд купаться. Ночью, под дождем и в плюс 17. Это было, конечно, не про остудиться от жары. А про смыть всякое налипшее, особенно на мозг. Такое со мной бывает. И семья, бывает, соглашается. Дочь взяла парня, для смелости. Муж взял сына и собаку. Сын взял полотенца: он единственный верил, что все залезут в воду. Собака взяла поводок и сплясала охренеть-охренеть-охренеть-все идут выгуливать классную меня.
… Дождь перешел с мороси на капли. Я поплыла. Дочь пихнула парня: иди потрогай воду, теплая? Парень пихнул дочь: сама иди. Дочь, недорасшнуровав ботинок, одумалась - потрогала руками: капец ваще дубак, ну нафиг. И повела собаку и парня гулять хоть под дождем, но по суше. Сын сестре на слово не поверил: потрогал ногами. И ему вода после ледяного песка понравилась. Под грибок на границе пляжа и леса пришли шумные парни. И затихли.
Муж сказал так и быть пожертвую своим купанием, чтобы подержать ваши полотенца. Сын влез по пояс. Парни с грибка послали к воде гонца. Тот после песка тоже обрадовался температуре воды. Да норм, мужики, гляньте, дымка с воды поднимается - теплая, значит.
Сын поплыл. И чо, ты ссышь? - донеслось с грибка, - вон уже мальчишка залез. Сам ты ссышь, сымайте портки, пойдемте. И хоть я рассчитывала на минуты единения с мирозданием (тишина, последние всполохи заката, молочная пенка пара над водой…) но совсем остановить поток сознания не получалось. Гадала: залезут?
Мы с сыном поплавали, надели сухое, босые и обновленные пошли с пляжа. Нам навстречу от грибка к воде рванули три большие фигуры в белых на фоне ночи трусах. Плеск воды - тишина - и вдруг
- Бооооря! - тряхнуло шелестящий дождем лес.
- Что ж ты, Боря, кусок же ж ты говнюка, Боря. Теплая!? - свежо, но потише поддержал второй голос.
- Держи его, Леха. Щас будет у него это, крещение.
Плюханье, бульканье и раскатистое мужское гыгыгы слышалось нам до самого выхода из леса. С Бори отмывали грехи добела, за прошлое и за будущее. Я счастливо думала: хоть кому-то удалось сегодня единение с мирозданием. Йе.