Честно говоря, я не понимаю всех закидонов книжной индустрии. С одной стороны огромное предложение, а с другой - читать нечего. Нет, есть отдельные «читаемые» бестселлеры, которые рекламируют и хвалят, но все они написаны не нашими авторами. Из-за этого в основной степени и формируется стереотипное мнение, что российские авторы ничего приличного не пишут. Насколько это верно? Ну, по крайней мере, в какой-то степени. Осталось только понять в какой.
Итак, с самого начала на российском рынке присутствовала значительная доля «варягов». Процент иностранных авторов не снижается, а наоборот. Сама потребительская модель сформирована таким образом, что иностранной литературе приписывается некий мифический коэффициент качества. Он обосновывается коммерческим успехом и иностранными премиями типа Хьюго и Небьюэла. Правда, их не всегда за качество вручают. Последние три года эти премии достаются одной и той же писательнице по соображениям расовой толерантности. Читать написанный ею шлак физически трудно. Так что и с этим аспектом не всё так просто.
И тут возникает вопрос. А это присутствие действительно необходимо? Неужели отечественное предложение настолько мало, что рынок надо чем-то заполнять? Развитие электронных площадок для продажи книг его опровергает. Контента много. Авторы предоставляют на внимание читателей широкий список книг. Так что с предложением всё нормально. Или не всё? А что не так?
Тут мы подходим к вопросу качества текстов. Я имею в виду не столько банальную грамматику, сколько некую читаемость, которая зависит от мыслей авторов закладываемых в книгу. Насколько интересны герои? Что с сюжетом? Интересны ли завязка и финал? Вот тут и начинаются проблемы.
Наш рынок имеет одну неприятную особенность, - он подвержен глобальным застоям. Если в моде тема Сталкеров, то все пишут только её. Точно так же предлагали попаданцев, а теперь и ЛитРПГ. С одной стороны это обосновано спросом, вот только его значение никогда не могут определить правильно. Всегда случаются какие-то перегибы. Рынок просто до тошноты перенасыщается похожими книгами. Получается, что при столь огромном предложении выбор сужается. Как долго можно читать про однотипных героев оказывающихся в практически одинаковых обстоятельствах? Хочется чего-то новенького. Но оно как-то не появляется. Может быть из-за неопределённости авторов, которые пытаются заработать на востребованной теме. Это же ещё надо угадать, что будет интересно читателям. Получается не всегда.
Но даже в рамках продаваемого тренда есть ещё одна неприятная вещь – гениальных текстов не наблюдается. С читательской точки зрения. Отчасти из-за совершенной разницы во вкусе. Читатели довольно быстро разбились на целевые аудитории. В наше время нет книги, которая бы нравилась абсолютно всем. Точнее не так. Этого времени никогда не было. И какая-то книга никогда всем не нравилась. Просто такой стереотип был сформирован вокруг некой группы книг называемых «классика». Вот тут мы сталкиваемся с парадоксами рассуждений на самом деле являющимися когнитивными искажениями, или говоря просто – несусветной тупостью. Ну как может не нравится Толстой, или Азимов, или любой другой автор? Это же классика! Будто это рассуждение что-то объясняет, или наделяет давно написанный текст неким качеством.
Может!
Классика не должна нравится. У неё нет такой заложенной функции. Это не пятьсот евро. Так что даже тут субъективный читательский вкус не может быть удовлетворён. Только вот само понятие классики навязывает некое субъективное мнение о качестве текстов. Читая что-то новое, мы постоянно сравниваем с другими текстами. Следовательно, любой читатель формирует свои собственные критерии. Одному нравится, другому нет. Но поэтому коллективное мнение является чисто субъективным. И проблем бы не было, если бы те, кому не понравилось, не навязывали бы своё мнение остальным. И наоборот. Но и это конечно невозможно.
Вот и получается запутанная ситуация в которой разрозненное читательское мнение пытается что-то определить. Я сейчас даже не беру в расчёт литературных критиков, которые установили свои собственные правила определения, что такое литература, и навязывают их всем. Сами придумали, сами себе инструкции написали, вот сами по ним и живите. Нашлись тут самые главные. Диктаторы. Мнение критиков о читательских предпочтениях не обновлялось с девятнадцатого века.
Так мы приходим к пониманию субъективности собственной оценки. Так что же тогда заставляет нас думать, что отечественные авторы бездарны? Набор стереотипов и навязанное чужое мнение? Оно ведь связано не только с качеством книг. Есть и другие вопросы. Сколько продано экземпляров? Как рекламировали книгу? В скольких странах она издана? Снят ли по ней сериал, или фильм? Сделана ли игра? Рекомендовали ли её какие-то знаменитости?
Ответы на них помогают читателю виртуально присоединить себя к некой группе людей разделяющих общее мнение. Понять стоит ли читать. Вот только этот выбор как раз искусственно направляется на тех, чьим продвижением специально занимаются.
Сколько процентов читателей найдут для себя хороших авторов? Тех, кто даже не издан на бумаге, либо имеет тираж в тысячу экземпляров. К счастью это число растёт. Очень надеюсь, что именно увеличение такого разборчивого выбора приведёт к изменениям на рынке. В настоящее время авторов продающихся в электронке могут издать и на бумаге, но вот как быть с их продвижением? А с этим прямо беда.
И что получается? Одарённость авторов, читаемость и качество их книг определяются внешними факторами. Вложениями в продвижение. Простите, но не каждый может читать Джорджа Мартина. Это всё равно, что читать выдуманную кулинарную книгу прерывающуюся сценами убийств. Не каждый читает Лукьяненко. Предполагаю, что его литнегров коронавирус выкосил, ибо последнее творение про магов времени абсолютно нечитаемое. Не каждый может читать книги Тимоти Зана по вселенной Звёздных Войн, просто потому что ему и фильмов хватило. Но зато некоторые читают самиздат и фанфики от авторов, многие из которых не станут широко известными, как Роулинг, и получать от них удовольствие большее, чем от других. Нельзя подменять неизвестность на бездарность. Это совершенно разные вещи.
�