На свой первый контракт в Египте я приехала с пианисткой. Познакомились мы еще в Москве, и пока общались там, она казалась мне милой, забавной и вполне адекватной. Но как только приехали в Египет и стали жить в одной комнате, она обнаружила свое истинное лицо.
⠀
Не знаю, какой у нее был диагноз, но хроническое воспаление хитрости там точно присутствовало. Готовить она не могла: якобы артрит. Но при этом на пианинах играть этот самый артрит ей почему-то не мешал. Посуду мыть она тоже не могла: артрит же. Поэтому я готовила и мыла посуду, а она критиковала еду и меня. Такое у нас было распределение обязанностей.
⠀
Помимо этого она почему-то считала, что вправе пользоваться моим ноутбуком тогда, когда ей захочется и столько, сколько ей заблагорассудится. И моим плеером. И другими моими вещами. А также моим временем, нервами и любыми моими умениями и возможностями. Это было уже ни фига не забавно.
⠀
Приемы манипуляции были достаточно грубыми: «Я не знаю английского», «Я никогда раньше не была за границей», «У меня больное сердце» и прочая классика. Все эти нехитрые приемы какое-то время действительно убеждали меня в том, что я обязана помочь человечку – больному, убогому, неопытному, безъязыкому. Но помогать становилось все сложнее.
⠀
Я сбегала из дома, чтобы хоть немного побыть одной и просто вспомнить, кто я вообще такая и что я, блин, тут делаю. Что вообще-то я не нанималась нянькой к невротичному избалованному двадцатидевятилетнему дитю. А дитё требовало все больше. И нарушало все больше границ. Да о чем я, там уже и границ-то никаких не осталось.
⠀
И в один прекрасный момент я взорвалась. Наорала на нее (очень нецензурно), высказала все, что думаю о ней и о нашем совместном проживании, и твердо заявила, что я ей НИЧЕГО НЕ ДОЛЖНА!
⠀
Как же мне полегчало! Почти сразу после этого она съехала от меня к своему бойфренду. Но теперь я никогда не забуду о том, что никаким сирым и убогим я ничего не должна, и что моя шея вовсе не для того, чтобы на ней кто-то удобно устроился.
А здесь рассказ о забавном случае, который произошел со мной, когда я работала певицей в Тунисе:
Все люди как люди, а он - суперзвезда
А здесь еще один случай из Египта:
Старая певица