Разбуди русского человека среди ночи, скажи ему на ушко тихонько «Пушкин», и он на автомате продолжит «- наше всё!». А если так же нежно прошепчете «Дантес», тут же получите гневное «- убивец солнца русской поэзии!»
О том, как по-разному можно воспринимать один и тот же факт.
Тем более, что жил этот самый факт прямо у меня под боком - в маленьком эльзасском городке Сульце.
Факт звался Жоржем дАнтесом (d'Anthes) бароном Геккерном. В Сульце находится родовое имение семьи д'Антес, из которого Жорж в 1833 году и отправился за богатством и славой в блестящий Петербург.
Пробыл он в России недолго, всего лишь до 1837 года, но дел успел натворить на много поколений вперёд.
После дуэли и смерти Александра Сергеевича, Дантес был выслан из России и вернулся во Францию, прихватив с собой в качестве жены Екатерину Гончарову, родную сестру Натали Пушкиной.
Жители Сульца русским языком не владели, масштабы бедствия от смерти русского поэта на Чёрной речке оценить не могли, зато смогли оценить активность молодого барона и выбрали его местным мэром.
Имя Дантеса носит одна из улиц городка, та, на которой на его деньги была уложена первая труба городской канализации. Дантес даже шутил, что «застрели его Пушкин, эльзасцам было бы сложнее избавиться от выгребных ям».
Екатерина Гончарова, баронесса Геккерн, родила мужу четверых детей - трёх дочерей и сына, сразу после рождения которого и скончалась в возрасте 34 лет. Дантес же прожил до почтенных 83-х.
До наших дней дожили только потомки сына Дантеса. Несколько десятилетий назад они окончательно разорились, продали всю семейную недвижимость и навсегда покинули Сульц. Сейчас в родовом замке располагаются отель и ресторан, к которому иногда заворачивают автобусы с российскими туристами, чтобы презрительно фыркнуть в сторону могилы бедного Дантеса и его русской жены, и ехать дальше изучать наш прекрасный Эльзас
Кто знает о «русских местах» в других городах и странах?