Летом 1864 года две федеральные армии (Потомака и реки Джеймс) осаждали Петерсберг и Ричмонд. В небольшом городке Сити-Пойнт, который располагался на слиянии рек Джеймс и Аппоматокс в десяти милях к северо-востоку от Петерсберга, в середине июня северяне создали крупную базу снабжения, через которую следовали боеприпасы и продовольствие для федеральных армий.
Снабжение по воде было эффективнее и безопаснее сухопутного пути. Морской путь практически полностью контролировался федеральным флотом к 1864 году, а дороги представляли опасность из-за партизан-конфедератов. Грузы доставлялись в Сити-Пойнт по воде, разгружались, складировались, а затем перегружались в вагоны для доставки к войскам по железной дороге.
О масштабах поставок можно судить по тому факту, что одного только фуража обе армии потребляли по 600 тонн ежедневно. 24 локомотива ежедневно доставляли на передовую 1,400 тонн военных грузов. На обратном пути поезда доставляли больных и раненых в больницы, расположенные рядом с Сити-Пойнт, которые могли оказать медицинскую помощь 15,000 раненым. ричалы Сити-Пойнт.
Портовые сооружения состояли из восьми причалов площадью более 8 акров со складскими помещениями общей площадью более 100,000 квадратных футов. В любой момент от 150 до 200 кораблей могли встать у Сити-Пойнт в ожидании возможности выгрузить груз. Количество судов, которые можно было выгружать каждый день, варьировалось от 2 до 25 в зависимости от размера и типа груза. 3,000 рабочих, преимущественно из освобожденных рабов, обеспечивали разгрузку транспортов. Военные склады Сити-Пойнт хранили 30-дневный запас продовольствия для солдат (16,000 тонн) и 20-дневный запас фуража (17,000 тонн). Для того, чтобы федеральные солдаты регулярно получали свежее мясо и хлеб, в Сити-Пойнт находилось 2,500 голов крупного рогатого скота, а пекарни производили более 100,000 буханок хлеба ежедневно.
Помимо складов в Сити-Пойнт находилось ремонтное депо, которое обслуживали более 1,800 плотников, кузнецов, шорников и загонщиков. У депо, которое насчитывало 26,000 квадратных футов складских помещений, была собственная пристань шириной 190 футов. Различные цеха ремонтной базы находились в шести больших зданиях, занимавших почти 17,000 квадратных футов. В депо в ходе осады было отремонтировано 3,653 повозки и 2,414 фургона скорой помощи, а также подковало 19,618 лошадей и 31,628 мулов.
Со стороны реки причалы городка защищали броненосцы, и солдаты, размещённые при складах, страдали, по воспоминаниям современников, лишь "от скуки, вшей и странных негритянских песнопений".
Было бы удивительно, если бы военные склады не привлекли к себе внимание южных диверсантов. Штатный агент секретной службы Конфедерации, Джон Максвелл и его местный проводник мистер Р. К. Диллард, ранним утром 9 августа прибыли в Сити-Пойнт из Норфолка. Лето было очень сухим и жарким; сохранились свидетельства того, что в 6 часов 30 минут утра 9 августа температура воздуха достигала 35 градусов. Возможно, именно потому, что федеральные часовые в такую погоду предпочитали держаться в тени, агенты южан смогли беспрепятственно проникнуть на территорию Сити-Пойнт.
Отослав Дилларда в укрытие, Максвелл направился к причалу, где разгружалась баржа с боеприпасами "Дж. Э. Кендрик" (J.E. Kendrick). Увидев, что капитан баржи покинул судно, агент с бомбой отправился к кораблю. Он был остановлен часовым, но смог обмануть его, сказав, что капитан приказал доставить ящик на баржу. Вызвав матроса, Максвелл активизировал 12-фунтовую часовую бомбу и передал ящик с "адской машиной" на борт. После чего агент поспешил к Дилларду, вместе с которым они удалились на безопасное расстояние.
"Адская машина" Максвелла взорвалась в 11:48, и грохот взрыва слышали даже солдаты в траншеях под Петерсбергом. Взрыв привёл к детонации примерно 30,000 артиллерийских снарядов и не менее 75,000 ружейных боеприпасов, находившихся на барже и на складах.
В Сити-Пойнт находилась штаб-квартира генерал-лейтенанта Улисса Гранта. Он утром вернулся из поездки и работал на воздухе, поэтому оказался в зоне поражения осколками и обломками, но, по счастью, не пострадал. Позже Грант писал, что "каждая часть двора, использовавшегося мной как штаб-квартира, была усеяна осколками от снарядов". Другой штабной офицер писал: "Такого ливня из осколков, пуль, кусков дерева, железных прутьев, болтов и цепей я не видел никогда прежде". Помощник Гранта, бригадный генерал Хорас Портер, отметил величайшее хладнокровие главнокомандующего.
Максвелл сообщил в отчете об операции, что сумма убытков от взрыва составила 4,000,000 $, а потери составили 58 убитых и 126 раненых. Реальная сумма потерь составила около 2,000,000 $, (почти 33,000,000 $ в пересчёте на сегодняшние деньги). Официальное число погибших составило 43 человека, хотя, вне всякого сомнения, погибших было больше (некоторые историки оценивают число убитых в 300 человек). Не менее 126 человек было ранено.
Взрыв не сильно помешал работоспособности тыла армии Союза. Работоспособность базы была полностью восстановлена через девять дней, а меры по усилению безопасности и эффективности работы базы были усилены. После взрыва, в полумиле от основных складов была построена специальная пристань для боеприпасов, чтобы защитить остальную часть гавани, если детонация опять случится в будущем. Следственная комиссия не заподозрила саботажа. Каноническая версия говорит о том, что о диверсии Максвелл поведал одному из помощников Гранта, подполковнику Орвиллу Бебкоку в 1868 году.