Вбить себе в голову, что ты не создан для семьи, ибо самодостаточен, - элементарно просто. Сложнее выбраться из этого деструктивного состояния.
Мой возраст вплотную подбирался к тридцати, когда пришлось осознать: как же я зла на весь мир, реально - зла.
С простейшей, примитивной классификацией граждан: кто-то достоин обрести семью, другие - вероятно, нет. Правда, иные и не стремятся (но это враньё).
То самое жутковатое состояние, когда ты уже возрастная, но патологически инфантильная лузерша. С хорошим образованием, при должности - и даже в чём-то авторитетная. Но по жизни - бестолковая и потерянная...
Не нужная никому из окружающих мужчин - неисправимых, органических гедонистов. Оттого, что таковые тебе самой не потребны, если не сказать омерзительны.
Одиночество. Ненависть и зависть. Нутро, полное грязи.
И это в прошлом.
Увы и ах, печать от пережитого - на всю жизнь. Комплекс "второсортности", недоженщины, житейского бессилия и неестественности.
Даже теперь, когда... поверхностно знакомые видят в моей семье всемогущий оплот безоблачного счастья.
Мне 41 год, и я ношу огромное обручальное кольцо. К тому, чтобы его надеть, приложила моральные усилия. Ничего удивительного: даже самому благообразному ухажёру нужно иногда доходчиво разъяснять свои женские приоритеты!
"Тридцатник" поджимал - а музеи, вернисажи и трогательные совместные прогулки после работы стали для меня откровенно лишней нагрузкой.
Меня, как ни странно, услышали, и вот уже 11 лет я настойчиво управляю собственноручно спроектированной боевой единицей... с гордым наименованием "семья". Дети - в наличии, ради них проект затевался. Более того, их рождено четверо.
И совсем не потому, что на нас с их отцом снизошла какая-то благодать.
Это чистая победа здравого смысла над иллюзорными красотами сытого одиночества. Форсированная, не до конца естественная, с горьким привкусом клиник репродукции, но - победа.
Моя личная победа.
Нет, не все ровесницы-одноклассницы успели устроить своих наследников в университеты. Из тех, что успели, - многие ухитрились ещё и развестись: а уж это совсем не мой вариант.
И всё-таки, я горячо надеюсь: большинство людей в этом мире рождено в атмосфере сильных и взаимных чувств, в рамках здоровой семьи, в расцвете родительских сил.
У меня же всё сложилось, мягко говоря, своеобразно.
Постоянно кого-то догонять, кому-то что-то очевидное доказывать, жить "на спор" с самой собой (в условиях различных жёстких факторов бесплодия) - вот что стало моим стилем жизни.
С тех пор, как я, чисто теоретически, дорвалась до возможности своего продолжения.
Итог - крайне удивителен для трезвомыслящих. В промежутке от 31 до 39 лет - пять беременностей, из которых вторую спасти не удалось, а последующие три были организованы при немалом медицинском участии.
Дочь и трое сыновей.
Иные, закономерно, спросят: ЭТО ЛИ НЕ СЧАСТЬЕ?
Мне нелегко сохранить честность, отвечая на подобные вопросы (задают их регулярно, а я предпочитаю в ответ не более чем грустно улыбнуться)...
Да, счастье, великая радость, торжество духа, подъём сознания, прилив сил. Верно. Но! Счастье какое-то не совсем правильное, излишне рациональное, с боем взятое, с надрывом добытое.
Будто не совсем моё, какое-то арендованное - за неимением других возможностей.
За отсутствием перспективы "просто жить и дышать", ибо дышать - по сути - нечем и некем. Кроме тех самых детей, которых, в результате, для равновесия необходимо МНОГО.
Прекрасный психотерапевт и тонкий человек, активно спасавшая меня в продолжение сложного периода противоопухолевого лечения, - говорила: "Это сублимация. Надо держаться, как бы ни было сложно, - и учиться видеть радость в малом".
Я не научилась.
Детей у меня на тот момент было двое - но, только родив третьего и четвёртого, я пришла к относительно светлому мироощущению, практически поборов привычный комплекс никому не нужной неудачницы, приступы самоуничижения и зависти.
Эта история с жизнеутверждающей развязкой, но с тяжёлой по эмоции сердцевиной. С течением времени (младшему сыну уже полтора года) она потихоньку уходит в прошлое, оставляя за собой еле заметный, но пронзительно печальный осадок.
Да, так жить можно. Но это далеко не оптимальный вариант.
Те, кому без детей НЕВЫНОСИМО, - меня поймут.
Ради того, чтобы судьба моей дочери сложилась иначе, я готова пожертвовать многим.
Сейчас ей десять лет - но она уже интуитивно понимает, ЧТО не так с мамой. Помочь, разумеется, ничем не может.
Говорит, что у прочих девочек мамы - "молодые, яркие, гордые".
В разговорах с дочкой я стараюсь минимизировать тему чувств и отношений. В моём случае она не сыграла системообразующей роли.
Но она есть.
Придёт время, и мы её поднимем, как бы то ни было для меня болезненно. Заговорим о том, как прожить достойную и продуктивную семейную жизнь в частично обезумевшем, животно-"залётном" мире людей.
О том... как редко встречаются действительно красивые, по всем статьям гармоничные судьбы.