1. У актеров есть такая практика: чтобы лучше вжиться в роль они раздеваются и несколько минут голые стоят перед зеркалом.
Однажды Фаина Раневская, репетируя роль, стояла в гримерке перед зеркалом абсолютно голая и курила.
В этот момент администратор влетел в гримерку, видимо для того, чтобы сообщить что-то важное. Но увидев «картину», замер на пороге в молчаливом изумлении. Раневская наблюдала за ним через зеркало. Наконец, выдержав некоторую паузу, она поинтересовалась:
— Ничего, что я курю?
2. Как-то раз Марку Твену пришло письмо, в котором было лишь одно слово: «Свинья».
Недолго думая, писатель в своей газете опубликовал ответ на это послание: «Письма без подписи мне приходится получать довольно часто. Но вчера мне первый раз прислали подпись без письма».
3. Как-то находясь на светском рауте, Марк Твен беседовал с одной неприятной особой. Чтобы сгладить неловкость, он решил сделать ей комплимент:
- Вы сегодня просто очаровательны!
На что грубая дама бросила:
— Не могу сказать того же о вас.
Марк Твен не растерялся:
— Но вы можете сделать как я! Соврите!
4. В 19 веке в Британии большой известностью пользовался актер по фамилии Фут. Как-то раз во время путешествия по стране, он остановился на ночлег в одном маленьком городишке.
Заказав себе в трактире обед, он с удовольствием съел его и на учтивый вопрос хозяина трактира, понравился ли ему обед, актер, находясь в отличном расположении духа, ответил:
— Сегодня я пообедал лучше всех в Англии!
— За исключением нашего мэра, – вежливо подсказал ему трактирщик.
— Ерунда! Я точно отобедал лучше всех!
— Кроме мэра, — вновь произнес трактирщик.
Словесная перепалка переросла в конфликт, и трактирщик потащил актера к тому самому мэру. Мэр, выслушав трактирщика, сообщил Футу, что в их городе всем предписано выражать всяческое уважение к мэру и упоминать его при каждом удобном случае. А нарушителям этого распоряжения сулит либо штраф, либо сутки тюрьмы. Актер тут же заплатил штраф и, возмущенный нелепой историей, в сердцах сказал: В жизни не видел такого глупца, как этот трактирщик!
И, повернувшись к мэру, добавил:
— За исключением мэра, конечно.