В московских музеях немало экспонатов, которые хранят память о Великой Отечественной войне. Сегодня расскажем о мальчике, который предсказал наступление нацистов, и о системе звукоулавливателей
Прочитать первую часть про русскую княгиню во французском Сопротивлении можно здесь, а вторую часть про отважную девушку-снайпера, которая посмертно получила звание Героя Советского Союза, - тут
«Слухачи» на защите Москвы
С момента возникновения бомбардировочной авиации военные инженеры ведущих стран мира работали над средствами воздушной разведки. В 1920-е гг. в СССР была разработана теория звукоулавливания, на основе которой появились системы акустического обнаружения самолётов врага, получившие обозначение ЗТ. Модель ЗТ-4 представлена в экспозиции Государственного музея обороны Москвы.
Звукоулавливатели ЗТ были похожи на четыре трубы от патефона, объединённые в одну акустическую систему. Обычно эти трубы располагались крестом, при этом вертикальную или горизонтальную пару можно было двигать независимо от другой пары. Первая пара отвечала за определение нахождения самолёта по горизонтали, вторая — по вертикали.
Трубы делали из деревянных реек, обтянутых брезентом, за каждую отвечал один акустик, который прослушивал небо с помощью звукоусиливающей аппаратуры. В армии их прозвали «слухачами». Для этой работы отбирали людей с хорошим слухом, например, музыкантов или слепых. Если обычный человек мог услышать самолёт за 5-10 км, то «слухач» со звукоулавливателем обнаруживал врага за 20-25 км.
По ночам звукоулавливатели работали в паре с прожектором. Такая комбинированная установка получила название «Прожзвук». Эти установки составляли важную часть московской ПВО, поскольку до 75% авианалётов на столицу самолёты люфтваффе совершали по ночам.
С появлением и распространением радиолокационных станций потребность в звукоулавливателях и «слухачах» полностью отпала.
Пророк из Дома на набережной
Ни один другой дом в СССР не мог похвастаться такой концентрацией видных жильцов: наркомы и министры, маршалы и командармы, учёные, артисты. Но судьба одного из них стоит особняком.
Речь о мальчике из квартиры № 262 Лёве Федотове. Его семья попала в знаменитый дом благодаря заслугам его отца-большевика, но его портрет в пионерском галстуке висит в Музее Дома на набережной совсем не по этой причине.
История не сохранила подробностей гибели красноармейца Федотова — в свои 20 с небольшим он погиб в бою летом 1943 года. Имя этого паренька стало знаменитым на весь Союз много лет спустя, когда были опубликованы его дневники. В этих тетрадках простой советский школьник предсказал внезапное нападение фашистской Германии на Советский Союз и дальнейший ход войны.
Так, 5 июня 1941 г. Лёва Федотов писал:
«Я думаю, что война начнётся или во второй половине этого месяца, или в начале июля, но не позже, ибо ясно, что германцы будут стремиться окончить войну до морозов».
Затем он своими словами описал детали гитлеровского плана «Барбаросса» и перечислил крупные города СССР, которые будут оккупированы до конца года. Юный прорицатель подчеркнул, что Ленинград ни за что не будет сдан врагу, а под Москвой немцы потерпят поражение зимой.
«Окружить Ленинград, но не взять его фашисты ещё смогут, ибо он всё же сосед границы; окружить Москву они, если бы даже и были в силах, то просто не смогут это сделать в области времени, ибо они не успеют замкнуть кольцо к зиме — слишком большое тут расстояние. Зимой же для них районы Москвы и дальше будут просто могилой!», — записал он.
За день до нападения Германии он написал:
«Я чувствую тревожное биение сердца, когда подумаю, что вот-вот придёт весть о вспышке новой гитлеровской авантюры. Откровенно говоря, теперь, в последние дни, просыпаясь по утрам, я спрашиваю себя: «А может быть, в этот момент уже на границе грянули первые залпы?»
Эти строки он вывел в своей тетрадке 21 июня 1941 года.
Материал был подготовлен редакцией МОСГОРТУРа и впервые опубликован в "Военном обозрении".
Не забывайте подписываться на наш канал и группы в Facebook и ВКонтакте, чтобы всегда быть в курсе лучших событий в московских музеях!