У Ридли Скотта и Джеймса Кэмерона есть одно поразительное сходство. Помимо того, что они режиссёры-гигантоманы, и тяготеют к фантастике, у них также лучше получается работать с женскими персонажами. Эллен Рипли, Сара Коннор, Джордан О’Нил, Тельма и Луиза – из самого популярного. Даже Хэлен Таскер из «Правдивой лжи» выглядит куда более сложным персонажем, чем главный герой в исполнении Шварцнеггера. Хотя сам фильм, в общем, не сильно жалует женский пол. Скотт и Кэмерон даже как будто параллельно пытаются «вывести» новый вид героинь (улучшенные экшн-версии 2.0) в продолжениях «Чужого» и «Терминатора». Не очень, правда, успешно. При этом у Кэмерона есть и героиня, о которой забывают. Она всегда в масштабной тени «Титаника».
Сделать такого персонажа, как Роуз, задача сложная. Принимая во внимание эпоху и зрительские ожидания, можно было получить обыкновенную героиню любовных романов в корсете и с эдвардианской причёской. Даму в беде с покатыми плечами, просто чудом спасённую. Если не торшер, то драматургический багаж. Кэмерон же взял шаблон, разобрал на части и собрал, что требовалось. А требовался ему герой, чья история бы перекликалась с историей Титаника. Гибель старого мира в виде трагедии корабля и рождение героя нового времени.
Нетипичная девушка высшего света, читающая Фрейда, готовая зубасто пошутить, любящая импрессионистов и способная выпить пинту пива почти залпом. Конечно, такие характеристики не вписываются в кодекс «благоразумной леди». Но помимо феминистского посыла там есть и универсальный конфликт. Конфликт героя, которому не оставляют выбора. Роуз чувствует, что всё меняется, но её окружение – нет. Она застряла в обществе, где принято держать ровно спину и пить чай. При этом ты абсолютно беспомощный, что хорошо продемонстрировано в одной не вошедшей в фильм сцене.
В сцене Роуз возвращается с ужина и зовёт служанку, которая должна помочь раздеться. Пока она её зовёт, пытается сделать это самостоятельно, но не может. Героиня срывается, и зритель наблюдает за человеком на грани, загнанного в тупик. Дальше известный забег по палубе и знакомство с Джеком при весьма нерадужных обстоятельствах. Через одежду также выражен мотив освобождения и трансформации: переход от туго зашнурованных нарядов к наготе, а затем к абсолютно неподходящему для выживания нежно-розовому платью.
Роуз резко контрастирует с мужскими персонажами. Что с женихом, действующим как типичный гангстер, что с Джеком – очаровательным, но всё же картонным мечтателем. У неё на всём протяжении картины на кону жизнь – и буквально, и метафорически. И в отличие от всех остальных на корабле она по-настоящему движется на ощупь в неизвестность. Жаль, что сентиментальные аспекты и образ Титаника заглушают её историю. Другим каноническим боевым героиням повезло чуть больше. Им выдавали оружие и порезанные майки для внушительности. Роуз же две минуты подержала топор…