Роды назначили на 3 апреля, хотя сын и не собирался покидать своё место дислокации. Приехала в 5 утра в роддом. Документы, все необходимые манипуляции. В 6 утра прокололи пузырь и поставили капельницу с окситоцином.
Сначала все было терпимо. Схватки начались почти сразу, но маленькие и мягкие. Лежать с капельницей и аппаратом КТГ было тошно. И часов в палате не было. Казалось, что время остановилось. Пришла мой врач. Значит время уже девятый час))). В соседних палатах девчонки орут так! что волосы шевелятся везде))). Такого отборного мата я не слышала даже от прожжённых мужиков))).
Врач приходила и уходила, смотрела, поправляла шейку (жесть как больно), а терпеть все становилось невыносимей и невыносимей((. Между схватками сознание уходило куда-то. Видимо мозг таким образом отдыхал. Сил терпеть длинные и болючие схватки уже не было...
И ту началось самое интересное - потуги. Меня перевели в родовую. Родить не могла долго. Врачи кричали, что я убиваю ребёнка своими руками. Что нужно срочно его родить, иначе он сейчас задохнётся в родовых путях. 20 минут потуг и мой малыш появился на свет. С головой 37 см при моём-то узком тазу...
8-9 по Апгар, но с родовой гипоксией.
Через 4 часа мне принесли его уже в палату. И вот тут-то и нахлынули материнские чувства! Я смотрела на этот комочек и первое, что пришло в голову: «хочу взять всех брошенных детей! Как можно отказаться от такого счастья!»
Следующие 2 месяца я выносила мозг мужу по поводу усыновления. Хотела взять ребёнка из дома малютки. Муж не отказывался, но и не горел желанием. Выбрал выжидательную позицию. Через 2 месяца, когда я вышла на работу, у меня эта мысль медленно, но верно стала угасать. Но об этом позже...