Увидел сейчас в ленте Фейсбука этот снимок Анатолия Белясова, потрясающего фотографа, с которым познакомился в начале 90-х (во время работы в МК) и вспомнил о своей беседе трёхлетней давности с Ириной Винер-Усмановой (сегодня у неё день рождения)…
Журналисты часто вас огорчают?
– Когда-то, да, писали гадости всякие про моих детей (так Ирина Александровна величает своих воспитанниц – Е.Д.). Я начинала с ними ругаться. Но мне один человек сказал: чем больше ругаешься, тем больше они получают от этого удовольствие, тем больше у них расходится вся эта их грязь. Поэтому я перестала обращать внимание на это.
Вы имеете в виду скандалы, связанные с публикацией об Алине Кабаевой, наверное, прежде всего?
– Нет, это было когда-то. Когда-то про и про Утяшеву писали. Писали всякие глупости, вот. Но я сейчас (напомню, мы беседовали весной 2019 года – Е.Д.) не обращаю внимания на это.
Собака лает...
…А караван идет.
– Молодец. 10 баллов.
Спасибо. По какой шкале? По стобальной системе если, то огорчительно. Вы говорите, «для меня все мои дети равны»?
– Все равны, все удалы.
Но также не бывает никогда…
– Я их всех люблю сердечно. Но «другому я навечно отдана». Мне всех милей та, которая стоит на пьедестале, и за ее спиной поднимается флаг и играется гимн России. Вот она стоит там, та, которая больше всех любит художественную гимнастику, верит мне, и поднимают флаг. Вот ей я отдана.
Но я же понимаю, что они же для себя, ну, знаете, как в известном фильме в гареме – «теперь я любимая жена». Потому что она думает, что теперь я фаворитка, я у Ирины Александровны любимая. И там тема ревности есть. Вы отслеживаете эти вещи?
– Нет, они, дети, знают, что я справедливая. Я строгая, но справедливая. Это Барсукова сказала. А что, говорит, Ирина Александровна ругается? Они у нее спрашивали, у первой моей олимпийской чемпионки.
Она сказала:
ррругается, если выпррросишь. А так, нет.
Очень жаль, конечно, когда уходят такие потрясающие дети, как Барсукова ушла, потом Алина ушла, потом Канаева ушла, потом ушла Чащина, потом ушли сейчас Кудрявцева и Мамун, ушли потрясающие гимнастки, сказочные.
Но как-то мне так вот Бог устраивает: сначала я получаю как бы такой очень неприятный вызов, а что делать дальше, у нас только это, это, это, а потом оказывается, что это – тоже звезды, и тоже с ними интересно, и они еще лучше, еще ярче.
И вот мне сейчас (напомню, мы беседовали весной 2019 года – Е.Д.) Алиночка написала, что, Ирина Александровна, потрясающая программа. От нее это услышать нелегко. Потому что она всегда ругалась и говорила: художественную гимнастику убивают, почему вы сидите и молчите. «Мы делали по 25 элементов, сейчас делают по 9».
Но сейчас вот поменяли программу и стали делать мастерство так называемое, это очень интересные элементы, такие рискованные, которые мы с Алиной делали задарма. Мы делали просто для красоты, теряли, но делали для красоты и для того, просто нам это нравилось обоим.
И когда мне сказали, что, Ирина, –это президент технического комитета, итальянка мне сказала – я тебе говорю не как твоя подруга, а как твой начальник – убери у Кабаевой половину трудностей. Я ей сказала, а Алина мне ответила: ни за что. Я объясняю: Алина, начальник сказал. Мы убрали, ничего не изменилось. Она перестала просто ронять.
Ну, вот это к тому, что сейчас это все оценивается. И у нас есть такие девочки, две маленькие, ну как маленькие, они просто худенькие – маленькая собачка всегда щенок – но они такие ловкие, две сестры-близнецы Аверины, Дина и Арина, которые делают сумасшедшие вещи. На что Алина сказала:
супер программа.
В качестве коды – в прошлом году Винер в одном из интервью призналась:
Алинины родители – особенные люди. Папа – знаменитый футболист, а маму я могу назвать собственной сестрой. Думаю, мы никогда с Алиной не достигли бы столь многого, если бы не ее мама. Можно сказать, что мы воспитывали дочь вместе. Иногда мы даже путали, кто из нас тренер, а кто – мама. Все так переплелось, что мы действительно стали как будто одной крови.
Ирина Винер про национальную дискриминацию
Почему Ирина Винер не будет министром спорта