«Один парень лупил меня каждый день, — рассказывал он FNM. — Я был в четвертом классе, а он - в шестом. Все его боялись. Я никогда не был из тех, кто готов был целовать ему зад, вместо этого он обычно бил меня». Маршалл вспоминает Бейли в Brain Damage, представляя его толстым ребенком, у которого отец был боксером. Он вспоминает, как хулиган ежедневно заталкивал его в шкафчик, усаживался на его место в столовой и крал его апельсиновый сок и шоколадное молоко. Однажды Бейли подошел к нему сзади, когда он писал в школьном туалете, и стал бить его головой о холодную эмаль писсуара, пока не потекла кровь из сломанного носа. Затем он начал душить его, не обращая внимания на мольбы Маршалла. Он просто смотрел в его глаза, приговаривая: «Ты умрешь, белый». С этого места композиция вступает в область фантазий: якобы вошел директор школы и помог избиению. В Brain Damage соединились истории о двух самых страшных нападениях Бейли.
...в тот же день, когда пришёл домой, Начал читать комикс, и все вдруг стало серым, Я даже не понимал что пытаюсь прочесть, Я оглох, и из моего левого уха потекла кровь.
Реакция его матери в песне — крик: «Ты что, принимаешь наркотики!?!», жалоба на то, что он испачкал кровью ковер, затем удары пультом дистанционного управления, пока его мозги не стали вываливаться. Все это — очередная фантазия, которая могла возникнуть из крупицы правды. Но его попытка сесть и читать комиксы после того, как он вернулся домой после жестокой атаки, пытаясь вести себя спокойно, как будто ничего не произошло, дает неопровержимое свидетельство угенетенной жизни 10-летнего Маршалла. А клинически страшное описание симптомов говорит о том, каково чувствовать, что твоя жизнь закончилась. Взор и затем слух безжалостно отключаются, из уха течет кровь. Как любой ребенок, он должен был чувствовать смятение, беспомощность и панику. Как будто этот день страха никогда не закончится. Когда его мать отвезла его в клинику, чтобы сделать снимок головы, он впал в кому. У него произошло кровоизлияние в мозг, и он приходил в себя в течение пяти дней. «Я вспоминаю, как проснулся и сказал: я могу говорить только по слогам», — рассказывал он Rolling Stone.
Это повреждение мозгов. У меня повреждены мозги, —
бормотал Эм в конце песни. Правда в том, что никто не может знать, как на самом деле повлияли на него этот кровавый процесс восстановления всех функций в таком юном возрасте. Возможно, это был один из спусковых крючков его небывалого лирического потока, который, когда он стал взрослым, готов был разорвать на части Бейли и других его врагов. «Ди Анджело Бейли – я никогда не забуду того ребенка, — Маршалл грустно смеялся в Rolling Stone. - Этот ублюдок почти убил меня...».