Заметка автора:
Приветствую! Если вы впервые открыли эту статью, то знайте, что это связанная история, в которой читатель ведет главного героя, осуществляя выбор. От этого зависит его судьба и судьба расследования. Чтобы не спойлерить - советую читать с первой статьи(Главы), которую можно найти здесь.
***
День 3
Ночь была неспокойной. Люцио сидел за своим столиком в снятой им комнате.
За окном то и дело орали оголтелые англичашки. Если бы так орали в Севилье, на них бы тут же вышла патрульная стража. Здесь, кажется, это было нормой.
Инквизитор Ортега сидел еще долго у окна своей комнаты, которую он выбрал с видом на главный переулок, аккурат над пабом. Было в этом месте что – то таинственное, не понятное, мистическое. Именно в таких местах ведьмы чаще всего и шлялись и творилось все непотребство.
Просидев несколько часов, Ортега еще раз просмотрел засаленную книгу «Молот Ведьм», где он как мантру повторял все особенности и отличительные черты ведьм, и обереги от них.
Утром погода стояла необычайно солнечная. Небольшой лучик солнца прорвался сквозь занавесь и приземлился аккурат на веко инквизитора.
«Ах Севилья » , подумал Люцио, улыбнувшись теплу, но, когда открыл глаза, тут же вспомнил, где находился, и улыбка тут же исчезла с его лица, уступив равнодушной ненависти ко всему окружающему.
Одевшись в свое облачение, Ортега сел на колени перед краем кровати, и произнес длинную молитву. Перекрестившись и надев на себя свой крест, он вышел на улицу.
Сегодня его путь лежал к дому утех, или проще говоря к местному борделю, зажиточного уровня.
Обычно бордели работали только со второй половины дня, принимая гостей после тяжелой работы, когда солнце уже переваливало за середину. Однако знал Люцио и такие заведения, которые работали круглосуточно. Запах разврата, пота и алкоголя был постоянным спутником таких мест.
Не совсем понимая, чего ожидать в Лондоне, Люцио решил сделать несколько кругов в черте города, прежде чем двинуться к цели.
«Какая же хорошая погода сегодня», подумал он и ухмыльнулся, «я стал разговаривать как отец Джордж. Неудивительно, что каждый день они радуются, если их не залило».
Выйдя на главную улицу, он пошел вдоль набережной, рассматривая уток и чаек, плавающих в мутноватой воде. В хорошую погоду их было особенно много. Где – то на помосте сидели рыбаки, бессмысленно забрасывая свои кривые удочки в воду. Но для них это было лишь развлечение, способ провести время за приятной беседой. Где – то присев в тени, уважаемые мужи любовались издалека величественным архитектурным строением города – Лондонским Мостом. Большим вытянутым и приземистым сооружением через реку, который был чуть – чуть выше грузовых лодок, но вот корабль по внушительнее там бы уже не прошел.
«Неужели нельзя придумать мост, чтобы и большие корабли проходили?», задумался Люцио, остановившись полюбоваться на творение, ведущее через сверкающую в лучах солнца Темзу в район Саусварк. Не самый приятный район Лондона.
Пройдя вдоль набережной, Люцио вышел к аббатству Блэкфрраерс, где по счастливой случайности увидел Джорджа, выходящего из главных дверей.
Подняв в приветствии руку, инквизитор дождался, пока Джордж, со всей присущей ему скоростью, подлетит к нему, чтобы пожать руку.
– Милорд Ортега! Какой приятный сюрприз. Такой же, как и солнца сегодня, не находите погоду хорошей? – заулыбался Джордж.
– Отец Джордж, – слегка кивнул приветственно Люцио, – да погода...хорошая.
– Ну я знал, что вам у нас понравится! – обрадовался он в ответ, – куда направляетесь сегодня?
– В бордель к шлюхам, – ровным тоном ответил Люцио.
– Ай... – икнул в смущении Джордж, – к куртизанкам значится – с, – Господь не милует этих павших созданий. Зачем нам к ним.
– Где порок, так и ведьмы.
– Что ж, вам виднее, инквизитор, – развел плечами священник и жестом показал в какую сторону им следует идти.
– Вы пойдете со мной? – удивленно спросил Люцио спутника, когда увидел Джорджа подлее себя.
– Мы в этом деле вместе, милорд, а значит, куда вы, туда и я.
– Церковь не запрещает вам посещать такие места?
– Ради благого дела и защиты простого люда Господь мне отпустит этот грех, – вздохнул Джордж.
– Как скажете.
После этого двое шли молча. Люцио не совсем понравилось отношение святого отца к запрету своей церкви. Если бы перед ним самим возникла дилемма – нарушить закон Великой Инквизиции или защитить невиновных, он даже и не думал был. Великая Инквизиция и ее законы всегда важнее.
«Может быть англичашки ударились в ересь?», украдкой подглядывал он на священника, который шел, закутавшись в свою рясу и что – то бормотал себе под нос.
***
Дом Утех, как называли его местные находился на северо – западе Лондона аккурат за городской чертой. И чем ближе они подходили к нему, тем понятнее становилось, что районы полны похотью и грехом.
При свете дня это не было так заметно, но Люцио был из тех, кто был гончей инквизиторов. Ни одна деталь не ускользала от его взгляда. То кровь на косяке дома, то развешанное белье на подоконнике, испачканное после проведенной ночи, то шлюхи, которые также, как и Люцио, были натренированы, а потом заметив инквизитора и его спутника, тут же собирали свои вещи и укрывались как крысы в переулках.
Лишь одним оплотом в этом центре греха стояла церквушка с высоченной башней, словно шпиль, стремящийся в небо. Вокруг церкви из белого и черного камня были свежие и старые могилы, ровным рядом уложенные вдоль ограды. Выглядела она очень бедно, но при этом опрятно.
– Кто это? – заметил Люцио несколько человек в простых черно коричневых шерстяных рясах, подпоясанных веревками, гораздо беднее, чем у Джорджа.
– Ой, да это никто, – отмахнулся Джордж.
– И все же?
– Церковь Грейфраерс, серые братья. Надеются уничтожить грех в этом оплоте тьмы, проповедуя учение Божие и любовь к ближнему. Аскеты они, и идиоты. Не удастся им это. Слишком тут все завязло, в этом болоте.
– Не уж то их не любят больше, чем Великую Инквизицию, – усмехнулся Люцио.
– Мы, из Блэкфраерс, точно, – насупился Джордж, и ускорил шаг, чтобы пройти мимо церкви как можно быстрее. – Пойдемте, иначе они и нам попытаюся промыть мозги своими глупыми учениями.
Люцио показалось это забавным, хотя и он тоже, будучи последователем доминиканской ветки учений, не очень любил францисканцев. Великий Инквизитор рассказывал о их необоснованных трактовках библии.
Пройдя церковь, они в скором времени подошли к трехэтажному дому, который растянулся в стороны представляя из себя скорее длинных трехэтажный склад нежели дом утех. Но запах перепутать было ни с чем нельзя.
Взяв крест в руку, Люцио перекрестился и постучал в дверь.
Через секунду ее отворила средних лет женщина, ухоженная, с темным пучком волос на голове.
– Вы к кому?
– Миледи, мы по делу Ганзы и Лорда Бернслоу, – подскочил Джордж в самом вежливом реверансе.
– Бернслоу сюда давно не приходил, – окинула она взглядом Люцио и добавила. – Что тут делает инквизитор? Мы никакие там не ведьмы, чтобы нас жечь.
– По указу Великого Инквизитора, Томаса Торквемады, я требую, чтобы вы ответили на все мои вопросы и пустили нас внутрь, – не моргнув ни глазом, достал из сумки сверток Люцио.
– Кого – кого? Не знаю Торквемаду никакую, – пожала плечами женщина, но через секунду осеклась, когда встретилась взглядом с инквизитором. – Но может и не знаю, но вам верю. Мадам Сесиль – представилась она.
– Вы так любезны, – поклонился Джордж.– Милорд Ортега, пройдем?
Люцио кивнул и проигнорировав женщину вошел в помещение. Запах благовоний, пота, сладости тут же ударил в ноздри. А уши наполнились томными отдаленными вздохами, стуками и хихиканьем дам со всех сторон.
Женщин в этом заведении было предостаточно и на любой вкус.
«Нет тут только рыжих», отметил про себя инквизитор, сразу оценивая всех девушек на ведьмовские метки.
Были здесь и мужчины, которые курили табак, сидели в кругу и вели светские разговоры, пока вокруг них терлись и крутились полуголые красавицы, то и дело прикасаясь оголенными частями тела то к руке, то к ноге, то к щеке мужей.
– Какой же оплот греха, – шепнул священник. А когда к нему сзади, как кошка подкралась одна из девушек, он ойкнул и отпрыгнул в сторону. – Не пытайся меня искусить, падшая!
Ортега перестал замечать священника, он весь снова стал гончей, вынюхивающей и выслеживающей добычу.
«Если Бернслоу тоже общался с мужами в гостиной, то кто-нибудь из шлюх наверняка мог услышать его разговор. Кто-нибудь может что-то знать. А может быть, одна из шлюх и есть ведьма?» – Люцио обошел первый этаж целиком, рассматривая его со всех сторон словно место преступления.
Подозвав к себе заправляющую борделем, он достал листы бумаги для записи.
– Ваши шлюхи постоянно тут работают?
– Милорд Ортега! При все уважении! – возмутилась женщина. – Они не шлюхи, а женщины, как я!
– Ваши...шлюхи...кто работает часто на первом этаже? – ни один мускул не дрогнул на лице инквизитора. – Она? – ткнул он пальцем в проходящую мимо девушку, и та тотчас же, перестала ластиться и немного попятилась назад.
– Нет, – сдалась мадам Сесиль. – Гретта тут недавно, ничего не знает, клянусь своим заведением.
– А вы видимо много знаете? – инквизитор перевел разговор на нее, – девочки много рассказывают своим наставницам. Про клиентов.
– Я не разглашаю их тайны, – скрестила руки на груди мадам Сесиль. – Милорд Ортега, если у вас есть вопросы, задавайте их девочкам, у нас политика конфиденциальности. Но если купите ее время, то кто знает, что она вам нашепчет.
– «...Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу – о духовном. Помышления плотские суть Смерть, а помышления духовные – Жизнь и Мир, потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут. Посему живущие по плоти Богу угодить не могут... », – цитировал Люцио, а затем медленно поднял свой взгляд на уровень мадам Сесиль, которая была немного выше его. – Хотите идти против Великой Инквизиции, стать врагами Божьими, мадам Сесиль? Вы и так не угождаете Всемогущему. Мне не потребуется искать много поводов, чтобы все устроить.
На несколько секунд воцарилось молчание и напряженная звенящая тишина, хотя вокруг этих двоих продолжались и музыка, и танцы, и ласки. А затем у мадам Сесиль явно сдали нервны. Неровно вздохнув, она всплеснула руками:
– Хорошо, хотите знать про Лорда Бернслоу? Бывал он здесь часто, заходил. Всегда трубку курил с мужами, да рассказами нас забавлял. Никогда правда девочек не снимал, хотя я и подсылала к нему.
– Вы, грязная женщина, искусительница! – ахнул Джордж, стоявший рядом и до этого не влезающий в диалог, а лишь иногда отгоняющий девочек рукой как мух, которые ластились к нему со всех сторон.
– Что он рассказывал?
– Сама не слышала, но девочки мои рассказывали, что Шантинн слышала много, потому что чаще всего вокруг него крутилась. Это вон та, – ткнула она пальцем куда-то в центр комнаты, где молодая девушка, на которой была лишь тонкая, еле прикрывающая бедра повязка, ходила вокруг одного из мужей, иногда проводя пальчиками по его шее или дотрагиваясь оголенным соском до щеки, или нашептывая что-то на ухо.
«Отметин нет, волосы русые, кожа ровная», отметил про себя инквизитор, но имя ее записал.
– Она слышала, как Лорд Бренслоу рассказывал о кончине своей жены, царство ей небесное. Что сердце прихватило. Был он в тот день совсем не в духе, весь мрачный, убитый горем, расстроенный. Все говорил, что не справился он, подвел.
– С чем не справился? – Джордж отмахнулся от очередной куртизанки.
– Да я по чем знаю, святой отец. Может она уже давно была на пути Богу, а он не уследил, – развела руками мадам Сесиль.
– Что еще говорила шлюха? – Люцио не спускал глаз с девушки по имени Шантинн. Ему в глаза бросилась одна интересная деталь, которая совершенно не укладывалась у него в голове, руки девушки были в маленьких, едва заметных порезах.
«Колдовство на крови?»
– Шантинн, – выделила ее имя владелица. – Больше ничего примечательного не рассказывала. Я только полезную информацию узнаю, вот и передала вам что знаю. Говорила, что Лорд Бернслоу очень порядочный человек, но в последнее время сильно изменился и стал каким-то закрытым. Даже дотронулся однажды до нее. Ну...вы понимаете межд...
– Ой, не слова больше, – взмолился Джордж. – Милорд Ортега, мне кажется мы все узнали, что хотели. Пойдемте прочь из этого рассадника. Пусть они все горят в аду.
– Согласен, – кивнул инквизитор, спрятав все свои записки. – Ведьм я здесь не нашел, можно идти из этого места греха, – нарочито громко сказал он, чтобы все вокруг его услышали, даже через какофонию звуков. Зал на секунду повернулся к нему, а затем снова потерял интерес.
– Ну вот и славно, – мадам Сесиль проводила их до выхода. – И больше сюда не приходите, вам святошам тут не рады, вы поняли.
– Ни в коем случае, – поклонился Джордж и пулей вылетел с порога, даже быстрее, чем мимо церкви францисканцев.
Дойдя до города, двое остановились. День подходил к концу.
– Милорд Ортега, я не понимаю, зачем вы всем объявили про ведьм? День был абсолютно бесполезный, так еще и вспугнули наверное ее, – расстроился святой отец.
– Абсолютно нет, – перебирая записи ответил инквизитор, вытягивая из кипы бумаг две пометки. – Хотите попрактиковаться в испанском, синьор Джордж?
– С радостью, – улыбнулся священник в ответ и принялся читать. – Итак, сегодня мы поняли, что...кхм...что это за слово puta на вашем языке?
— Это «шлюха», святой отец, – улыбнулся в свою бородку Люцио, когда Джордж смущенно поперхнулся, но продолжил:
– Мы поняли, что падшая девушка Шантинн знала Бернслоу, и возможно она и есть убийца, но виду не показала. Меток на ней нет. И также мы поняли, что у Бернслоу было жена, и она тоже умерла недавно! Не совсем понимаю, как это связано с делом. Что же, решать вам. Две зацепки, а завтра уже предпоследний день. Что будем делать, милорд?
Выбор:
1) – Я пойду за Шантинн. Эта шлюха наверняка что-то знает. Я специально сказал громко, про ведьм, чтобы не вспугнуть ее. Я чую, что она приведет нас к разгадке.
2) – Нужно проверить дом Лорда Бернслоу. Понять как умерла жена. Это точно не случайность. Думаю я найду в этом зацепки.
Глоссарий
Интересно что будет дальше? Ставь лайк, и если формат будет популярным, я сделаю продолжение и добавлю сюда ссылки.