Один из девяти осужденных по сомнительным основаниям мусульман, пребывая в колонии, не может получить положенного поощрения и устроиться на работу. Тому препятствует КНБ. Подобная практика распространяется и на других, осужденных при схожих обстоятельствах.
Самат Адилов – один из девяти осужденных мусульман – участников чата по обсуждению теологических вопросов отбывает «наказание» в колонии УКА-168/2. Мало того, что жителя Алматы после вынесения приговора за предписанное ему преступление направили вопреки статье 88 Уголовно-исполнительного кодекса отбывать срок в Актюбинскую область, так теперь, ему отказывают в получении поощрения.
5 августа 2019 года судья Алмалинского районного суда г.Алматы, вынес приговор в отношении восьми мусульман – по обвинениям в «пропаганде терроризма» и «возбуждение розни». Ернар Саматов, Болатбек Нургалиев и Бекет Мынбасов были осуждены на семь с половиной лет лишения свободы каждый, Жасулан Искаков, Азамат Умбеталиев, Назим Абдрахманов, Есим Сулейменов и Самат Адилов «сели» на пять с половиной лет. Тяжелобольного Жулдызбека Таурбекова осудили отдельно – на семь лет лишения свободы (и как сообщает радио «Азаттык», его состояние в колонии резко ухудшилось).
С подробностями этого дела можно ознакомиться здесь, однако напомним только два момента. Все были осуждены на основании экспертизы некоей Мукатаевой (отсутствует в реестре экспертов) – протеже частной предпринимательницы, которая на тот момент являлась фигурантом уголовного дела, ведомого КНБ (из недр которого появилось и дело в отношении девяти мусульман), а один из эпизодов возбуждения религиозной розни заключался в том, что участники закрытого чата негативно высказывались о запрещенной террористической организации ИГИЛ (!!!). Помимо огромных сроков осужденные должны выплатить в фонд пострадавших определённые суммы. Вот только кто пострадал: критикуемые суруриты (мусульмане, исповедующие ислам ваххабитского толка) или бойцы запрещенной ИГИЛ?
И вот теперь осужденный Самат Адилов, который положительно зарекомендовал в колонии не может получить свое первое поощрение. Согласно внутреннему распорядку колонии после поощрения подходит первая степень положительной характеристики, в результате которой можно получить длительные свидания, увеличивается частота передач и в дальнейшем можно будет подать на условно–досрочное освобождение. При этом оперативная часть колонии, ее воспитательная часть и замначальника учреждения подписали документы на получение поощрения. Все уперлось в начальника колонии, отказывающийся ставить свою подпись из-за того, что нужно получить некое постановление сотрудников КНБ. Какое постановление? Для чего постановление? – больше вопросов чем ответов, на это, нерегулируемое ни одним законом или правилом действие.
Опять же у Самата Адилова существует проблема трудоустройства. Администрация учреждения согласна и трудоустроить, и дать поощрение, однако вновь заявляет открыто, что Адилов является подучетным у сотрудников КНБ, которые препятствуют даже в этом.
И подобное происходит не только с Адиловым, но и с другими осужденными по весьма шатким обвинениям в «возбуждении розни» и «пропаганде терроризма».
В последнем страновом докладе государственного департамента США по терроризму Казахстану также уделили внимание, отметив дело осужденных мусульман. «Например, в августе суд Алматы приговорил восемь человек к тюремному заключению сроком от пяти до восьми лет по обвинению в пропаганде терроризма и религиозной розни за распространение религиозного контента, которой власти посчитали за подстрекательство, в группе WhatsApp. Во многих случаях характер таких обвинений трудно проверить, а в некоторых случаях они были связаны с деятельностью политической оппозиции. По оценкам местных исследователей, до 90% обвинений в «терроризме» и «экстремизме» не связаны с насильственными действиями или запланированными насильственными действиями.