В пристрое моего нового дома стоял старый стул, перемотанный проволокой, чтоб совсем не развалился. Он стоял на деревянном полу, таком же ненадёжном. Было воскресное утро, я допивала свою чашку ароматного чая. Эту чашку я ещё из своего прежнего дома привезла. Хотелось хоть как-то ощущать чувство комфорта.
На улице стояла солнечная погода. А у меня на душе кошки скребли. Я думала о том, что мне предстоит и стала рыдать. Я не справлюсь!
Последнее время финансовое положение моей семьи оставляло желать лучшего. Мой муж от меня ушёл и нам с сыном пришлось искать новый дом. Сын очень не хотел уезжать из старого дома, но деваться было некуда. Всё надо было начинать сначала, но на хорошее жильё у меня не было средств. Поэтому я купила этот полуразваленный дом.
Я не знала, как дальше в нём жить. Стены были изрисованы то ли гуашью, то ли мазутом. В ванной были ржавые разводы по стене. По всему дому валялся мусор.
Неподалёку стояла церквушка. И пока я пила чай и рыдала, зазвонили колокола. Это было какое-то благословение, словно через них Господь говорил со мной «ты справишься!»
Я ощутила некое облегчение впервые за последнее время. Мысль о том, что Господь меня слышит прибавило мне уверенности. Словно я уже не одна во всём этом мире. Я отодвинула чашку с чаем и потянула руки в небеса.
Впервые я открыла дверь своего так сказать нового дома с энтузиазмом. Нужно было прибраться и убрать весь этот хлам. Соседи пришли ко мне на помощь.
Немало времени и усилий я потратила на восстановление этого дома. Постепенно он начал обретать силуэт жилого. Одна дама даже принесла шторы, которые не подошли ей на окно, но отлично вписались в этот неказистый интерьер. И стало совсем уютно.
Так я начала ощущать, что этот дом становится уже моим. И не просто по бумажкам. А словно я сплелась с ним какими-то невидимыми узами. До того, как я сюда переехала у меня было ощущение надёжного тыла: дом, семья, родственники, работа. Но всё это было иллюзией и вскоре быстро улетучилось, и превратилось в пепел надежд. Я потеряла всё, что имела.
Как-то проведать меня близкая подруга приехала. Мы с ней в институте учились и делили вместе студенческую жизнь. Она мне привезла в подарок – сертификат на массаж. Тогда я его положила между книг и благополучно забыла о его существовании.
Однажды, открыв эту книгу, выпал тот самый сертификат. Мне почему-то очень страшно было идти к массажисту. Ко мне уже давно не прикасался мужчина, хоть он и специалист.
Как бы то ни было я пошла на этот массаж. Салон находился на первом этаже жилого дома. Внутри очень уютно всё обставлено, такая непринуждённая, умиротворяющая атмосфера.
Пока я переодевалась и ложилась на кушетку, массажист вышел за дверь. Вокруг горели свечи, освещение было слегка приглушённым, играла спокойная музыка. Массажист к этому времени уже потёр свои ладони для прогрева и начал массировать вдоль позвоночника.
Он понял, что я съёжилась и чувствую себя не ловко. Видимо поэтому завёл со мной разговор:
- Откуда вы обо мне узнали?
Я рассказала о подарке подруги.
- О, да, я её хорошо знаю. Чудесная у вас подруга.
От этого разговора меня расклеило, и я уже начала говорить о своих сложностях жизни. Про развод, про восстановление полуразрушенного дома, про сына… И про то, как я поговорила с Богом в первый день приезда со звоном колоколов. Неожиданно, он перестал меня массировать. Мне показалось, что он просто пошёл за чем-то. Уже прошло несколько минут, а я не смела даже дёрнуться. Когда он снова заговорил, его голос дрожал. Он извинился и стал рассказывать.
- Моя мама убиралась в этой церкви. А мы маленькие ещё с сестрой бегали к маме на работу. Лазили на деревья и наблюдали за колоколами со стороны. Однажды мы с сестрой забрались так высоко, что сестра дотронулась до оголённых электрических проводов. От этого она сразу скончалась…
В комнате зависло молчание. И я не знала даже, что сказать в ответ на эту историю.
- Мой папа попросил слить колокола в честь моей сестры. Я расскажу про вас моей маме, про вашу историю. Мне кажется ей будет радостно услышать её.
Не знаю, рассказал ли массажист эту историю своей маме. Но я почему-то всегда представляла, что она улыбается. И что звон колоколов в честь её дочери спасает людей от отчаяния.