Мне всё ещё было больно, - Белка подняла на меня грустные глаза. - Но внутри – знаешь? – вот как говорят – камень с плеч упал, так оно примерно и ощущалось. Тем более что Мелочная сказала, у вас с Никитой всё в полном порядке, и хотя бы тут можно было не волноваться. А я сидела в номере, пила вино и думала о том, как жить дальше, если мы с Андреем не помиримся. Я люблю его с того самого момента, как только увидела в первый раз. Это такой вот непреложный факт. Люблю любым. Задорным, вспыльчивым, сдержанным, ехидным. Но всему есть предел. И если мой любимый человек не может сделать для меня такую малость, значит, нам всё же не по пути, как это ни печально. И не слишком-то хорошо он учил свою психологию, если не может этого понять.
На третий день он пришел с огромным букетом цветов. Вообще у Андрея, если ты заметила, цветы – универсальный такой способ коммуникации. И по размеру и виду букета можно примерно представить, о чем пойдет речь. На сей раз этот букетище был размером в половину меня. Даже не знаю, где он смог его раздобыть. Наверное, специально в Анапу ездил, здесь таких точно не найдешь. А я увидела его и испугалась. Думаю, ну вот опять начнутся ласковые речи о том, как нам чудесно быть вместе, главное чтоб никто об этом не догадывался. Но Андрей смог меня удивить.
Оказывается, после того, как мы разошлись, он сначала очень злился на меня. А потом, когда сообразил, что никак не может успокоиться и его трясет, позвонил кому-то из своих преподавателей-психологов, с которым до сих пор поддерживает отношения. И тот ему по скайпу несколько часов вправлял мозги и объяснял, чего именно Андрей боится и почему готов даже сделать больно своей любимой женщине, лишь бы не показать всему миру, что он такой же человек, как и все прочие. И по его комплексу гуру прошлись, и по службе, и по детству. Короче, нехилая такая перезагрузка в мозгах вышла. Он ещё сутки всё это переваривал, после чего сам для себя решил, что лучше я буду с ним в статусе официальной подруги, чем он превратится в волка-одиночку. Так что у нас с Андреем, можно сказать, теперь тоже всё с чистого листа началось. Заново друг с другом знакомимся, очень много разговариваем. И знаешь, я счастлива. И ни о чем не жалею. Разве что о том, что сделала больно Никите и тебе. И если тебе я могу всё это рассказать, то ему… не уверена, - Белка тяжело вздохнула. – Вот такая не слишком красивая история вышла. Зато теперь ты знаешь всё. Если считаешь нужным, можешь передать это всё Никите. Надеюсь, вы меня простите, мне больше ничего другого и не надо.
- Мы-то, может, и простим, - заметила я, - но только тебя, а не Андрея.
- А он мальчик взрослый, - усмехнулась подруга. – Пусть сам за себя отвечает. Прятать его в широкой юбке от вашего гнева я не собираюсь. Думаю, нам всем эта история ещё долго аукаться будет. И в этом, конечно, ни фига хорошего нет. Так что как будет – так и будет. Проехали, живем дальше!
- А Андрей в курсе, что ты всё это время вела свою игру и не просто так тогда во дворе сказала то, что сказала? – поинтересовалась я у Белки из чистого любопытства.
- А мне и не потребовалось ничего рассказывать. Преподаватель ему всё по полочкам разложил, так что когда Андрей мне всё это выложил, оставалось только кивнуть в знак подтверждения. Его это, конечно, тоже зацепило. Зарвался, решил, что только он может хитрые интриги плести, а остальным это искусство неподвластно. А тут такая подстава! Да и от кого? От человека, которого он знает полтора десятка лет! Ничего, полезный урок ему на будущее!
Мы с Белкой поболтали еще минут двадцать о всяко-разном девичьем. Я исподволь наблюдала за подругой и думала, как же плохо мы, в сущности, знаем своих близких. Сейчас передо мной сидела уверенная в своих силах женщина, в меру жесткая и прагматичная, которая пошла ва-банк ради того, чтобы обрести свою любовь. И только тени под веками говорили о том, как тяжело далась ей вся эта история молитвами Андрея. Вот вам и блаженная глупышка, и девочка-ромашка! Но сердиться на неё и дальше я просто физически не могла. И пусть какое-то время она была не слишком честна со мной, но сегодняшняя исповедь окончательно расставила точки над ё. Меньше всего она хотела причинить вред что мне, что Никите. А то, что она без памяти влюблена в Андрея… ну, у каждого свои странности.
Если я не улыбаюсь. Часть 100