Оппозиционер Алексей Навальный объявил о ликвидации Фонда борьбы с коррупцией как юридического лица из-за многомиллионных штрафов, которые ФБК выплатить не в состоянии.
«ФБК это не офис и не бумажка из Минюста. ФБК — это люди. Это те, кто приходит сюда, чтобы бороться с коррупцией, и вы, кто это поддерживает. Мы перейдем на другое юрлицо», — заявил Навальный.
Под каким названием фонд продолжит существовать, пока неизвестно.
Мы пережили несколько рейдов. Сотни одновременных обысков по всей стране. И так несколько раз подряд. Каждый раз у нас изымали всё: от телефонов и ноутбуков до ламп освещения и чайников. Нас незаконно признали иностранными агентами, хоть мы никогда не получали ни копейки иностранных денег. Против нас сфабриковали уголовные дела. Банковские счета и ФБК и всех остальных юрлиц были заморожены. Заморозили счета сотен сотрудников, членов их семей. У меня заморозили счета мои, отца, матери, жена и даже моих детей.
На нас подали в суд Росгвардия, полиция, прокуратур
Оппозиционер Алексей Навальный объявил о ликвидации Фонда борьбы с коррупцией как юридического лица из-за многомиллионных штрафов, которые ФБК выплатить не в состоянии.
«ФБК это не офис и не бумажка из Минюста. ФБК — это люди. Это те, кто приходит сюда, чтобы бороться с коррупцией, и вы, кто это поддерживает. Мы перейдем на другое юрлицо», — заявил Навальный.
Под каким названием фонд продолжит существовать, пока неизвестно.
Мы пережили несколько рейдов. Сотни одновременных обысков по всей стране. И так несколько раз подряд. Каждый раз у нас изымали всё: от телефонов и ноутбуков до ламп освещения и чайников. Нас незаконно признали иностранными агентами, хоть мы никогда не получали ни копейки иностранных денег. Против нас сфабриковали уголовные дела. Банковские счета и ФБК и всех остальных юрлиц были заморожены. Заморозили счета сотен сотрудников, членов их семей. У меня заморозили счета мои, отца, матери, жена и даже моих детей.
На нас подали в суд Росгвардия, полиция, прокуратура, ГБУ «Автомобильные дороги», рестораны, которым помешали наши митинги, и даже московское метро. В итоге все независимые депутаты и сотрудники ФБК, которые звали людей на митинги, оказались должны миллионы рублей. <...>
Был ещё отдельный эпизод, который поручили выполнить Евгению Пригожину. Тому самому повару Путина. <...> Пригожин, стремясь заработать больше денег, поставлял детям испорченную еду. И в Москве произошли массовые отравления в школах и детских садах. Все это пытались скрывать, но за дело взялась наша сотрудница Любовь Соболь. Она объединила группы родителей пострадавших детей и начала судится и вести расследование в их интересах.
И в итоге всё доказала.
Вместе с десятками родителей она подала коллективный иск против компании-отравителей и московских властей, заключивших контракты на организацию питания, требуя признания отравлений и выплат компенсаций. Суд признал вину компаний и частично удовлетворил денежные требования родителей пострадавших:
Ну а дальше произошло то, что может произойти только в путинском суде. Несмотря на то, что мы доказали отравления. Несмотря на то, что Пригожин выплатил компенсации по суду. Он подает в суд на меня, Соболь и ФБК, заявляет, что никого не травил, и требует от нас немыслимую сумму — 88 млн рублей. А судья, у которого есть четкая установка уничтожить ФБК любой ценой, ударяет молоточком и говорит: Пригожин прав. Да пофиг, что он компенсации платил. Пофиг на то, что факты отравления его едой признаны всеми. Вы должны заплатить ему 88 млн рублей.
Отдельная ирония в том, что он, отравив сотни детей, выплатил им 300 тысяч рублей компенсации, а мы, заставившие его выплатить, должны заплатить ему в 293 раза больше.
Ну и в итоге. <...> Я должен 29 млн рублей, Соболь 29 млн рублей и ФБК 29 млн рублей.
Со мной и с Соболь уже ничего не поделаешь. Сумма огромная, и я даже не вижу смысла ее собирать. До конца путинской власти нам придется жить с заблокированными счетами и приставами, изымающими наше любое имущество в пользу повара Путина.
Теперь вопрос: что делать с ФБК? У нас уже и так ничего нет. Всё отняли на предыдущих обысках. И сейчас уже заберут и саму организацию, и расчетный счет. Нам дорого наше название, но как я много раз говорил: ФБК это не офис и не бумажка из минюста. ФБК — это люди. Это те, кто приходит сюда, чтобы бороться с коррупцией, и вы, кто это поддерживает.
Мы перейдем на другое юрлицо и пусть Путин с Пригожиным подавятся этим. Но самую большую ценность — вас — нам надо унести с собой. Почему мы никого не слушаем, никто нам не указывает и не может на нас повлиять? Да потому что мы финансово независимы. Нам не нужны ни олигархи, ни государство, ни заграница.
ФБК был основан в 2011 году.