Моей племяннице, Кире Ментюковой, на которую Нина чуть похожа... С любовью. Лана.
Собираясь о ней написать, я думала о многом. И к горлу то и дело подступал жесткий ком отчаяния.
Моим читателям не нужна красота. Не нужно сострадание или восторг. Я знаю это наверное. Перебирая судьбы моих героинь, словно карточную колоду, они не интересуются ничем в их линиях жизни, но тщательнейшим образом подсчитывают, сколько раз я ошиблась в степенях родства, возрасте героини, числе ее любовников, сколько у красавицы или не – красавицы было денег после очередного развода и правильно ли я написала ее титул. Они утверждают в своих комментах иную жизнь моих персонажей - с банальной историей, мещанским подтекстом. Так проще и понятнее. Им, не мне.
В этот раз я постараюсь все сделать правильно. В угоду самым злым и неугомонным. Не буду вам всем говорить, что красота - лечит, мирит со временем, дает силы, врачует горе и отчаяние. Не буду. Только сухие факты в ее судьбе, в ее пути, в отблеске имени и фамилии.
Итак. Княжна императорской крови Ксения Георгиевна Романова.
Родилась в1903 году, 22 августа, в Новомихайловском дворце, близ Петергофа, в семье великого князя Георгия Михайловича Романова, двоюродного брата последнего императора России. По матери, принцессе Датской и Греческой Марии Георгиевне, Ксения – внучка греческого короля Георга I ( датского принца по рождению), праправнучка Николая Первого, русского императора и внучка греческой королевы Ольги Константиновны. Кровь не только определяет характер, но и налагает обязанности, делает Судьбу и осанку, если можно так выразиться.
В Ксении все это было: судьба, характер, осанка.
Княжна подлинно императорской крови, с детства бывающая при дворе, на фамильных завтраках и обедах, получила прекрасное домашнее классическое образование. Хорошо разбиралась в живописи и музыке, держала спину, имела вкус к автомобильной езде и хорошим, изысканным нарядам, владела искусством беседы и сердечных отношений с родными.
Всю свою жизнь горячо любила отца, Георгия Михайловича Романова, не только князя романовского рода, но еще и директора Русского Музея, коллекционера, путешественника, человека чести и редких достоинств. Гордилась им. Ведь не каждый мог с такою смелостью и благородством духа принять смерть в лицо: князь был расстрелян в 1919 году, у стен Петропавловской крепости, стоя в одном ряду, линии со своими родными. Перед этим отбывал ссылку в Вологде, где была возможность бежать. Князь Георгий Михайлович ею не воспользовался. Известие о его расстреле дочери получили, живя с матерью в Англии, (С 1914 года) по частному приглашению тетушки матери, королевы Александры. Вернуться в Россию им никогда не удалось, хотя именно этого страстно желал отец. Великая княгиня Мария Георгиевна была в отчаянии после гибели супруга, хотя они давно жили раздельно, но относились друг к другу с большим тактом и уважением, дорожили детьми. Дочери отлично знали, что мать до последних минут надеялась, что ей удастся вызволить мужа из тюрьмы, она даже предпринимала отчаянные попытки выкупить его через датского посланника за 50 тысяч фунтов стерлингов. Авантюра, увы, не удалась!
Ксения и Нина Романовы. Пассажирки корабля, на борт которого они опоздали подняться всего лишь на полчаса. И именно потому то и остались живы: корабль затонул через десять минут, отойдя от пирса и подорвавшись на немецкой мине. Пережив этот ужас, они по настоянию матери, не предпринимали более попыток вернуться в Петроград, в Россию, которой более не было.
Ксения и ее сестра Нина отчаянно и трепетно берегли осколки памяти о родине, о фамилии, родных: семейные фото, письма отца и маленького, краснолапого мишку, которого ей преподнес в Рождество отец, вернувшись из Германии. У мишки были изысканные наряды, сшитые няней: штаны и рубашка - косоворотка, а также фирменный знак: пуговица в ухе и подвижные лапки.
С этим мишкой любили играть не только Нина и Ксения, сестры, но и приходившие в гости великие княжны, дочери императора Мария и Настенька. Они любили повязывать ему на шею свои банты, угощать конфетами. Любимец Ксении был выставлен на аукцион единственной дочерью княжны Романовой, Нэнси Лидс. Мишку звали Альфонсо. Теперь он живет в частной коллекции, в витрине домашнего музея.
С именем императорской княжны Ксении Георгиевны также прочно связана история драгоценности, свадебной тиары с зелеными изумрудами. В ней княжна Романова изображена на парадной фотографии с первым супругом, отцом дочери, солидным промышленником и приемным сыном датского принца, дяди Ксении.
Супруги прожили в браке семь лет, развелись по обоюдному согласию. Второй раз Ксения Георгиевна вышла замуж за благополучного коммерсанта Хермана Джада.
Всю оставшуюся жизнь княжна Ксения Георгиевна Романова – Лидс, миссис Джад, вращалась в высших кругах Нью – Йоркского общества, считалась законодательницей вкуса и экспертом в области искусства. Ни в каких громких и циничных скандалах замечена не была. Умерла 17 сентября 1965 года в городе Глен – Ков, штата Нью _ Йорк, где жила последние годы.
Известно, что она вела дневник, хранила фото и письма семьи, но судьба их неизвестна до конца.
Это все, что мне удалось узнать о ее жизни, кроме того, что она была очень красива и обладала тонким вкусом, отзывчивым сердцем, умела отличать истинное от поддельного и фальшивого, обладала даром принимать жизнь такою какая есть.
Пленяла всех солнечным светом души сквозь горечь Жизни. Это истинно блестящий Дар Летящей красоты. Но кому это интересно?!! Ныне Душа, память, Красота, история, и все связанное с ней- немодно, не в тренде. Или я – ошибаюсь?