ПОЕЗД ВЕЗЕТ МЕНЯ ДОМОЙ из ненавистного пионер- лагеря. Помню, я пару раз замышлял побег – на лодке, потом на крыше поезда. Теперь я лежал на верхней полке покачивающегося плацкарта и думал о том, что мне так и не удалось в этом разнесчастном лагере познакомиться с девчонками поближе. Я, правда, имел весьма смутное представление о том, что значит «поближе». Об этой неизвестной близости я и думал, глядя, как мимо летят однообразные пейзажи.
В купе нас было четверо: двое из среднего отряда (я с приятелем) и двое из старшего. Старшие, по идее, должны были присматривать за младшими. Старшие на верхней полке были заняты теми же мыслями, что и я: их занимали девчонки. Воображаемые, увы. Вдруг, свесившись с верхней полки, один из старших, толстый такой паренек, спросил:
«Ну что, салаги, так и не трахнули никого?» Гм.
Я молчу. Толстяк продолжает:
«Да ты хоть знаешь, откуда дети-то берутся?» «Конечно, знаю, – ответил я на вопрос о детях, – из маминого живота!». Я все же не думал, что меня принес аист. «А ты знаешь, что твои родители там трахаются, пока ты в лагере торчишь?!» повергло меня в шок.
Все, что связано с сексом, имело такой волшебно- запретный привкус. И хотя я представлял себе даже примерно механику процесса: как некий стручок помещается в персик, никак не мог предположить, что этим делом занимаются мои родители! Все это была какая-то ботаника или похабщина, не связанная со мной лично. С другой стороны, внутренний голос заставил меня поверить ужасным словам.
С тех пор, когда родители сообщили, что хотят уехать без меня в Пицунду на неделю под предлогом, что туда не берут детей до 15 лет, я уже четко понимал, зачем они туда едут. При всей пошлости я проникся к ним каким-то уважением. Серьезно. И я сам, кажется, повзрослел. Весь мир изменился, он стал реалистичнее и жестче, но в то же время будущее представлялось каким-то манящим, ведь я, наконец, понял: родительские удовольствия будут и у меня. Сладкие мечты о том, чего еще не знаешь. Через год после той поездки в поезде моим первым интимным опытом был альбом соцреалистов Дайнеки и Серебряковой из папиного шкафа.
Там изображены такие обнаженные женщины, что у меня дух захватило. А еще говорят, что в СССР секса нет. Как сейчас помню эти репродукции.
Вот обнаженная девушка делает зарядку, качает пресс. Вот группа девушек бежит по воде, словно Аня, Маша и Света из пионерлагеря.
Раньше мы узнавали о сладко- таинственно-запретном мире вот так: в поезде, случайно дома или в разговоре с друзьями. Окружающий мир, сам того не подозревая, выдавал информацию небольшими вкусными порциями. Сегодня есть интернет, где каждому ребенку доступно все от невинных аниме до самого жестокого порно. Не нужны ни старшеклассники в поезде, ни девчонки в бане (за которыми можно подглядывать через маленькое окошечко под крышей, встав на плечи друга), ни папины альбомы по искусству. Все доступно.
И нам, родителям, придется считаться с этим. Мы должны уже заниматься не «просвещением», а, напротив, сгладить последствия все доступности. Это наша с вами ответственность перед нашими детьми.