Франко-бразильский конфликт. Ох уж эти омары!

В 1961 году французские рыболовецкие суда в поисках лобстеров пересекли Атлантический океан и зашли в территориальные воды Бразилии. Местные рыбаки возмутились такой наглости и пожаловались в адмиралтейство. В ответ командование бразильского военно-морского флота направило к французам, нарушившим водные границы, два корвета с требованием вернуться в нейтральные воды, но получили отказ.

Напряжение достигло пика, когда французские рыбаки обратились к правительству своей страны с прошением прислать в поддержку военный корабль.

Бразилия вынуждена была привести свои корабли в боевую готовность. Ее министр иностранных дел Гермес Лима посчитал действия французского правительства враждебными. Он сказал, что Франция выбрала недопустимую позицию и бразильское правительство не отступит, лобстеров ловить в их территориальных водах французы не будут. В Министерстве иностранных дел Бразилии постановили возникший конфликт решать на президентском уровне. Жуан Гуларт, с 1961 по1964 годы президент Бразилии, отдал распоряжение всем французским кораблям покинуть территориальные воды его страны в течение 48-ми часов, угрожая принять меры. Но французы не подчинились. В ответ бразильцами был задержан один из их кораблей.

А в это время президент Франции выслал на помощь своим соотечественникам эсминец Т-53. Но отозвал судно, чтобы конфликт не перешел в военную фазу.

Ситуация длилась более года. В апреле 1963 года Бразилия обратилась в Международный суд. Аргументы обеих сторон были странные: Бразилия доказывала, что омар - обитатель морского дна, а значит и континентального шельфа; Франция настаивала, что омары как и рыбы свободно перемещаются в воде, а значит не привязаны к месту. Судьи французам ответили, что если омар - рыба, значит кенгуру - это птица, так как тоже прыгает.

Бразильцы, чувствуя победу, потребовали от французов компенсации, но эта претензия была отклонена.

По постановлению суда, французским рыбакам разрешили ловить омаров в этих водах, но делиться уловом с бразильцами в течение пяти лет.

Бразилия не только выиграла дело, но и расширила свои территориальные воды на 200 миль.