На улице стояла осень. Промозглая погода и сырость бродили по дачному домику, который почему-то после того, как опустел совершенно перестал поддерживать тепло. Я цеплялся за утренние солнечные лучи, как за последнюю надежду. Мой ствол огрубел, листья непрестанно отваливались один за другим от недостатка воды. Я понимал, что нахожусь на последнем издыхании и уснул глубоким сном.
Когда я проснулся, то не поверил своим глазам. Я снова дома – в теплой и уютной квартире. Исчезла сухость, а земля подпитана вкусными удобрениями. Мои клетки начали интенсивно делиться и крепнуть и тут я понял, что теперь мне открылся более обширный вид из окна.Оказывается, за лето я здорово подрос.
Родившийся маленький человечек уже бегал вовсю. Подумать только, еще совсем недавно он будто червячок копошился в кроватке и был совсем беспомощным.
Прошло еще несколько лет,и я превратился в полутораметровое дерево. Меня все устраивало. Мы переехали в новую квартиру. Летом я стоял на балконе, а зимой на кухне. Теперь деление моих клеток замедлилось, по стволу процесс сокодвижения стал идти более степенно. Я совсем свыкся с привычным распорядком.
Но однажды дом опустел. Голубоглазая вместе с непоседой малышом ушли. Я их не видел около двух лет. Я ждал. Терпел то, что меня постоянно забывал поливать тот, кому я был совершенно безразличен.
Меня волновала ее судьба. Я соскучился по ее глазам и по детскому смеху.
И вот однажды она приехала. Посмотрела на меня виновато, попросила прощения и потащила в ванную. Еле подняла.
А потом, мы вновь очутились в другом доме. Опять все вместе.
Меня пересадили в новый большой горшок, мне подсыпали плодородной земли, и я очухался. Мои листья от радости воспряли и давали все больше зеленых ростков.
Теперь ее взгляд излучал что-то спокойное и умиротворенное. Закончились недомолвки, и жизнь заискрилась новыми красками. Она любила играть на гитаре, ее сын рисовал замечательные картины.Мужчина, который раньше был как тень, теперь тоже обо мне заботился. Он даже несколько раз сочувственно рассказывал о том, сколько мне пришлось пережить в годы их разлуки. Он гордился моей выносливостью.
Теперь дом был наполнен творчеством и гармонией.
- Ну все, - подумал я,- можно и на покой.
Мои листья стали чахнуть и никакой сок сне не помогал уже. Настала пора перевоплощения. Я дождался, когда оброненные мною семена прорастут и окрепнут и уснул глубоким сном.