Президент России Владимир Путин уйдет из власти в 2022 году и в публичной политике его больше не будет. Но проблема в том, что передать власть ему некому.
– Вы говорите, что у Путина ограничено время и он торопится. А какое именно время? Физическое что ли?
– Можете называть это как хотите: историческое время, экзистенциальное, но оно очень ограничено.
– То есть Путин остается на свой шестой срок?
– Нет, это абсолютно исключено, в 2022 году Путина не будет в российской политике и в международной тоже.
– Он хоть в России останется?
– Я сказал только то, что я сказал. А дальше можете домысливать как хотите, но публично Путин не будет присутствовать в российской политике.
– Будет управлять Россией непублично, как Назарбаев в Казахстане?
– Это тоже маловероятно в силу того, как организована политика в России. Тем более, что Назарбаев передоверил власть родственникам. В России с этим гораздо сложнее.
– Кому же Путин передоверит власть?
– А некому! У него, конечно, есть люди, которым он доверяет. Один из них – Дмитрий Медведев. Но сможет ли он удержаться? Вряд ли. Это вечная проблема диктатора – оказывается, что довериться некому. Кстати, Путин это очень хорошо знает. Он реалистичен в понимании приближенных к нему людей.
– Сложно поверить, что Путин уйдет из власти, если учесть, что он руководил страной 20 лет.
– Это естественное заблуждение. Когда человек провел у власти 20 лет, кажется, что это навсегда. Но нет. То, что однажды началось, однажды и закончится. Причем, внезапно.
– Есть мнение, что Путин уйти не может. Слишком много чего им наделано непоправимого.
– Это правильное суждение, но наблюдатели много чего не знают. А точнее, они не знают почти ничего. Все судят по внешней канве событий, не имея представления об импульсах и внутренних механизмах российской политики. Российская политика гораздо более закрыта, чем представляется.
– Что тогда будет с Россией и в России после 2022 года?
– Ничего страшного, тем более апокалиптического не произойдет. Какое- время будет политическая сумятица, но и она не будет носить чрезмерного характера. В общем, внесение поправок в российскую Конституцию – это уже начало политического кр иса. Система госуправления ставится под сомнение. Кризис приобретет открытые формы, интенсивное выражение, ну и что? К гражданской войне это все равно не приведет.
Критически важен вопрос – кто потом окажется у власти в России? Это предсказать невозможно. Если окажется более-менее реалистическое правительство, оно урегулирует отношения с Украиной и с окружающим миром. Не внешняя политика будет для него приоритетом, а решение внутренних задач. Однако в Кремле есть люди, гораздо более опасные, чем Владимир Путин.
– Кто же это?
– Я не буду никого называть, но очень хорошо знаю, что они гораздо опаснее – и для России, и для Украины, да и для мира тоже.
– Есть вероятность, что власть в России окажется в их руках?
– Маловероятно, но до конца этого исключить не могу. Риск такой есть. На их фоне Путин выглядит образцом самоограничения. И вообще – он интеллектуальная вершина на фоне тех, кто находится рядом с ним.
– Для чего тогда создается Госсовет и будет ли Путин управлять им?
– Никто этого не знает. Личные обстоятельства президента – решающий фактор, который движет сейчас российской политикой. Тут возможны различные варианты. Если посмотреть на поправки, то полномочия у Госсовета такие же, как и у президента РФ. Поэтому Путин может возглавить Госсовет, желая уйти в тень. Но также Госсовет может управлять страной в ситуации фактического отсутствия президента. Однако все это не более чем гипотезы и предположения.
– Кто эти люди, которые все решают?
– Это исключительно те, кто обладает политической властью в России. Их немного, это небольшая группировка – до двух десятков человек. Патрушев (Николай Патрушев, секретарь Совбеза РФ. – Ред.), Бортников (Александр Бортников, директор ФСБ. – Ред.), Сечин (Игорь Сейчин, председатель Совета директоров компании "Роснефть". – Ред.). А те, кто принимает внешнеполитические решения – их еще меньше. Исключительно силовики, что очень плохо для России, Украины и для мира. Они проникнуты специфической групповой и корпоративной психологией.