Любое копирование без разрешения автора запрещено.
Марина остановилась у закрытой двери. Сердце билось так громко, что на миг ей показалось, что его стук можно услышать за затворенной дверью. Спокойствие, только спокойствие, дело житейское - приказала она себе мысленно словами смешного человечка с моторчиком из известного детского мультфильма и попыталась восстановить дыхание. Она сделала пару глубоких вдохов и выдохов, и только хотела постучать в дверь, как услышала:
- Кто там, черт побери?
Ей не оставалось ничего, как только распахнуть дверь и войти.
- Привет, - сказала она смущенно и шагнула в комнату.
- Мать твою, - гримаса исказила лицо лежащего мужчины,- этого я не ожидал. Кто тебя пустил ко мне?
Марина растерялась.
- Я сама.- Она хотела сказать ему больше, но слова словно вылетели под его неуютным пристальным взглядом.
- Что тебе нужно?
Марина покраснела. У нее возникло такое чувство, что она является тем самым непрошенным гостем, который хуже татарина. Но сдаваться не входило в ее планы.
- Просто заглянула к тебе в гости по-приятельски,- ответила она и улыбнулась во весь рот, стараясь не встречаться с его ошеломленно-настороженными глазами, в которых явно читалась неприязнь. Она почти интуитивно поняла, что Гена смущен и растерян не меньше ее, и вся его грубость напускная. Ему надо дать время прийти в себя, решила Марина и занялась подошедшей к ней собакой. Джульбарс энергично замахал хвостом и улыбнулся во всю собачью морду, когда она присела и ласково потрепала его за ухом, словно стараясь всем своим видом показать личное одобрение сделанным ею выводам.
Гена в это время жадно рассматривал Марину. Она была вся какая-то нереальная, высокая и тонкая, как былинка, с растрепанными ветром волосами. Сказочно красивая и недосягаемая. Ему стало ужасно больно: было горько сознавать, что пришла она только из-за сочувствия, из-за его немощного состояния. Он закрыл глаза и тут же открыл их, услышав смех. Джульбарс, пытаясь облизать Марине лицо и шею, чуть не уронил ее на пол, и она, с трудом удержавшись на ногах, старалась увернуться от бурно проявляемого дружелюбия.
Гена только сейчас осознал, как сильно он скучал по ней. Марина будто почувствовала это:
- Просто не вериться, что столько времени я тебя не видела.- Ее взгляд, наполненный таинственным светом, от которого у него перехватило дыхание, нежно скользнул по лицу мужчины. Она отошла от собаки, скинула пальто, небрежно бросила его на кресло и, подойдя к кровати, присела на краешек. Гена отодвинулся, освобождая место рядом с собой.
-Не прогоняй меня,- тихо попросила она и легонько взъерошила ему волосы. От прикосновения ее ладошки он вздрогнул, как от электрического разряда.
Гене казалось раньше, что он готов ко всему, но только сейчас он понял, как был глуп. Невозможно подготовиться к тому, что ты калека. Что любимая тобою женщина сочувствует тебе, а тебе не нужна ее жалость. Ты хочешь ее любви и понимаешь, что на это рассчитывать бессмысленно и смешно, а от этого становиться невыносимо горько. Он не смог удержаться, и чтобы скрыть затуманившиеся глаза, закрыл их. Но Марина заметила предательски выскользнувшую слезинку.
- Уходи,- отвернувшись, глухо попросил он.
Марина ласково улыбнулась:
- Нет. Теперь я здесь и буду с тобой, хочешь ты этого или нет.
Гена боролся со слезами, но после этих слов понял, что проиграл. Плечи его затряслись, из груди вырвалось глухое рыдание. Это были слезы, которые мужчины редко показывают посторонним, слезы самого сердца.
Марина растерялась. Не зная, что делать, она нервно закусила губу, пытаясь найти подходящие утешения, но как назло ничего не приходило на ум. У нее запершило в горле от своей несообразительности, однако она смогла удержаться от слез. Но когда она собралась с мыслями, голос ее зазвучал хрипло:
- Не прогоняй меня, пожалуйста. У меня кроме тебя никого нет, ни одной родной души. Я не буду просить у тебя невозможного, не буду ждать великой любви. Просто позволь быть рядом с тобой, позволь быть чем-то нужной. Я так устала от одиночества.
Несмотря на душевную боль и растерянность, Гена не смог удержаться от грустной улыбки. Несколько секунд он просто смотрел на Марину так, словно никогда не видел раньше, потом обнял ее хрупкие плечи и притянул к своей груди.
- Знаю, что врешь, чтобы утешить, но все равно приятно,- пробормотал он, прижимаясь щекой к ее волосам.
- Нет, не вру,- с чувством сказала Марина и, подсунув ему руки под спину, прижалась со всей силы, отчего у него закружилась голова.
- Ты просто жалеешь меня и очень хочешь помочь. Это великодушно, но глупо.- Он осторожно отстранил ее, уже с тоской вспоминая об их кратком объятии. – Пожалуйста, уходи, не унижай меня своей жалостью.
Его просьба была встречена обиженным взглядом.
- Скажи честно, у тебя есть другая? Ты меня гонишь, потому что разлюбил?
Он прищурил глаза:
- Ты действительно думаешь, что на меня может кто-то позариться? На такого красавца? Мака, ты слишком добра ко мне. - Гена горестно покачал головой.- Давай посмотрим правде в глаза. Я любил тебя, люблю, и буду любить. И именно потому, что люблю, не хочу твоей жалости, не хочу быть тебе обузой.
Ставьте пальчики вверх, если понравилось, подписывайтесь на канал, делитесь с друзьями и близкими. Буду очень благодарна за комментарии.