СТАНИЧНАЯ УЛИЦА.
Мы идём по дороге, здесь трудно выбрать ровное место, потому что вся дорога – это сплошное месиво из булыжника, мелких камней. Песок и глина в этой части давно вымыты дождями. Поднимаемся всего на несколько метров выше, поворачиваем за угол и попадаем в объятья сплошной непролазной грязи, размешенной на дороге колёсами бричек.
-Ну, что, поплыли?- тётя шутит, а я смотрю на свои новенькие сандалики, потом снимаю их:
-Поплыли!
Можно было бы пройти и по каменистой дороге, в обход, через центр станицы, но так на много дальше, и тётя выбирает путь покороче. Что меня всегда удивляло, так то, что кругом сухо, а этот кусочек дороги всегда был сплошной непролазной грязью. Тётя осторожно пробиралась по-над забором, а мы с Лёней, прыгая, как козлята, с кочки на кочку, давно миновали болотистый участок и поджидали её на краю не просыхающего болота. Хорошо, что идти-то было совсем недалеко.
С одной стороны дороги - колхозный двор с мастерскими. А с другой-маленькие, белёные хатки. Они как будто играют с прохожими в прятки, спрятавшись за сливами и вишнями, только соломенные крыши торчат из-за заборов. Воробьи живут в этих крышах стаями. Они понаделали себе там гнёзд и крыши, все, как одна, чернеют дырами воробьиных квартир. Сворачиваем за угол, вот и наша с мамой завалюшка. Но я радуюсь, как путешественник, вернувшийся из дальних стран. Последние лучи заходящего солнца отражаются в крошечных окошках нашей хаты и, кажется, что она подслеповато щурится, улыбаясь уходящему дню.
ОГОРОД.
Как хорошо дома! Вкусно пахнет тушёной капустой с салом. Соседи резали свинью и угостили нас салом. Мама отварила картошку.
Я люблю её есть с постным маслом. Налить в тарелочку масла, хорошо посолить и макать в эту вкуснятину картошечку - просто царский ужин. Ещё лучше, когда есть хлеб, но и без хлеба хорошо. Мама порезала в капусту сало ме-е-ленько, хорошо его выжарила и теперь оно аппетитно хрустит на зубах. Хоть на улице уже и весна, а у нас ещё много картошки в погребе, да и капусты почти полная кадушка в кладовке. Картошку и капусту мама сама выращивала на своём огороде. Они у неё всегда вырастали. Особенно удавалась капуста. Мама каждую весну делала небольшой рассадничек: обкладывала маленькую грядочку булыжниками с межи, насыпала внутрь перепревшего навоза, сверху засыпала землёй – вот и готово. Как только солнышко пригреет, камни начинают нагреваться, можно сеять семена. Тётя Катя всегда удивлялась:
-Вот, сестра, всё одинаково делаем, у тебя капуста есть, а у меня нет! Почему? Объясни!
Но этот феномен так и остался неразгаданной маминой тайной. Мама сажала на огороде всё, что росло по тем временам в наших краях: морковку, свёклу, огурцы, лук, чеснок, а укроп рос сам, его приходилось даже выпалывать, так буйно он разрастался. А вот помидоры не росли во времена моего детства на нашем огороде. Помидоры мама всегда покупала. Теперь – то много разных сортов, помидоры выращивают и в предгорных станицах. Когда я была маленькая, мама всегда брала меня с собой на огород, рассказывала и показывала, как нужно полоть, окучивать, пересаживать. Тётушку это очень сердило:
-Опять Лиза по огороду топчется? Сестра, зачем ты пускаешь дитя в огород?
-Пусть помогает мамке!
-Да какая с неё помощь, один вред!
Но мама в этом вопросе была непреклонна:
-Пусть учится, пусть помогает.
За это я всегда благодарна своей мамочке, она не вырастила из меня белоручку, а научила всему, что знала сама. Так точно я поступила и со своими детьми.
Спать мы ложились рано, потому что мама вставала затемно. Утром она готовила завтрак, уходила к восьми часам на работу, а меня замыкала.
Днём я не боялась быть одна в комнате. У меня было много кукол, я с ними любила играть.
Продолжение следует