Протесты в Хабаровске разгулялись пуще прежнего. В субботу на улицы города вышло до 90 тыс. человек. Депутат из бани Жириновского, ставший врио губера, показал себя как олух, сразу зайдя на должность с неправильной стороны. К народу не вышел, зато пролепетал про след заграницы. Пролепетал, видимо, искренне, ведь не мало "государственников" считает, что русский народ сам никуда выйти не может, глупый он, народушко. А протестовать может только за деньги.
Есть способ, позволяющий определить по фотографиям проплаченный митинг (мы говорим о больших публичных мероприятиях от 10 тыс. человек), на который собираются люди за деньги (например, через сайты о подработке в массовке) ли по разнарядке (например, когда бюджетников сгоняют). Способ этот заключается в оценке возрастного (и, в несколько меньшей степени, социального) состава участников. Если в большой толпе наблюдаются группы похожих людей, условно говоря, небогато одетые мужчины и женщины 45+, стоящие по 10-15 человек, как на Поклонной горе, где проходил большой митинг за Путина в 2012 году, значит они пришли туда не совсем сами . С одного сайта, с одного предприятия, через одну общественную организацию (какой-нибудь "Союз десантников"). Если одна молодежь - значит подключили студенческий ресурс. Проплаченная история - это история, когда люди пришли от кого-то, через кого-то, причем этому кому-то обычно трудно, да и не нужно выводить на не совсем четное дело членов своей семьи (это важно, и об этом чуть дальше).
Не стоит, однако, впадать в другую крайность, полагаю, что на проплаченные акции приходят лишь одинаковые хмурые бюджетники, как зомби. На таком искусственной акции обязательно найдутся и искренние люди - например, задорные активисты партии, организующей мероприятие, или искренний фанаты дела, которые готовы покричать веселые лозунги против Обамы и Нулланд, или экспрессивные городские сумасшедшие. Поэтому сторонник купленного митинга обязательно найдет в сети фотографии с мероприятия, где в кадре гражданская позиция будет выражаться как по-настоящему. Следует понимать и то, что на акции с большим числом участников сгоняют людей не через один, а через множество источников, поэтому на ни могут быть, например, гастарбайтеры и старики одновременно, однако держаться они будут обособленно, будет видна их отстраненность друг от друга. Для того, чтобы разобраться в сути, надо просмотреть много фото, оценить весь состав участников и долю тех, кто шпарит от души (а она будет не велика).
Теперь о нормальных акциях. Большой искренний протест от народа, на который граждане приходят сами, всегда собирает разных, а не одинаковых участников. Ключевое отличие настоящих массовых акций - наличие людей разного возраста, пришедших вместе. Дедушка и внук, мама и дочка, брат и сестра разных лет и т.д. Семейное посещение массового политического мероприятия - первый признак того, что здесь все вышли сами. Человек, который нашел подработку в массовке, идет на митинг без своей семьи, несчастный рабочий, на которого давит начальник, тоже, равно как и студент по призыву студенческого профкома. Когда мы идем на дело, которое нам не очень по душе, мы редко хотим приобщать к нему близких, особенно детей, мы оберегаем их от нечистот. Наоборот, если гражданин считает, что его дело правое, то он пытается подключить к нему и родных (второй вариант - не с кем оставить дома детей, при этом повод видится настолько важным, что приходится выйти и взять мальца с собой).
Если в большой толпе есть родители с детьми, значит люди пришли на митинг сами.
На Дальнем Востоке все честно. Удачи хабаровчанам.
Мои выводы основываются на двадцатилетнем опыте наблюдения, участия, организации протестных акций.
Андрей Песоцкий