О главной героине романа "Западня" Э. Золя
Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя.
Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание
Я не случайно выбрала в качестве эпиграфа слова Мармеладова. Роман «Западня» Эмиля Золя понравится любителям Достоевского. Тот же мир нищеты и человеческого грехопадения, только в парижских декорациях. Та же многословность, бесконечное нагромождение описаний, фанатичное желание писателя составить словесную картину в микроскопических подробностях так, чтобы у читателя не осталось ни одного пробела в восприятии внутреннего мира героев и окружающей их действительности.
Главная героиня романа – прачка Жервеза – обаятельная блондинка с крутым характером (я бы даже сказала, норовом, как у лошади), но в то же время безвольная и беспринципная. Она мечтает иметь свое дело и быть хозяйкой, однако не понимает главного – для чего. Ее цель – жить спокойно, работать честно и в старости умереть тихо в своей кровати.
К слову, у дамочки трое детей. Однако на протяжении всего повествования - а это почти двадцать лет жизни героини, Жервезу мало беспокоит судьба отпрысков. Когда ее бросает любовник, отец ее двух первых сыновей, Жервеза выходит замуж за кровельщика Купо и рожает от него дочку. Затем с кровельщиком случается несчастье – он падает с крыши. Все накопления Жервезы, отложенные на осуществление ее мечты открыть собственную прачечную, идут на лечение мужа. Поступок, с одной стороны, благородный, с другой – безответственный по отношению к своим детям. Но Жервеза привыкла растворяться в своих мужчинах, отдавать им себя без остатка.
И в этом есть нравоучительный для всех женщин момент. Чрезмерная забота расхолаживает мужчину, превращает его в ленивое домашнее животное. Кровельщик был бы хорошим мужем и заботливым отцом, если бы Жервеза была к нему столь же требовательна, как и к себе.
Для роженицы было настоящим мучением смотреть, как он сам прислуживает себе, бегает на кухню за рагу, ест с разбитой тарелки, не может найти хлеба. Несмотря на запрещение, она волновалась, приходила в отчаяние и вертелась под одеялом. Как это глупо, что она не успела накрыть на стол! Боли схватили ее так внезапно, что она упала, как подкошенная. А теперь она нежится в постели, когда ее бедный муж так плохо обедает! Он, наверно, рассердится на нее.
(из романа "Западня", о Жервезе и Купо)
Как только женщина взваливает на свои плечи весь быт и заботу о пропитании семьи, она превращается в ломовую лошадь. А хозяин (муж) лишь ею понукает. Если женщина себя не ценит и не уважает, с какой стати это должен делать мужчина?
Далее сюжет развивается по наклонной. Кровельщику надоели его пасынки, и старшего сына Жервеза удачно отсылает учиться к художнику, младшего – в услужение кузнецу Гуже. Кстати, с Гуже у нее взаимная платоническая любовь.
Остается общая с мужем дочка Нана, но и для нее у матери не находится времени и любви. Жервеза сначала увлечена своим делом, которое ей все-таки удалось открыть, а затем одновременным сожительством с мужем и своим первым любовником Лантье.
Нана растет, как сорняк в поле. Предоставленная сама себе, девочка быстро осваивает законы улицы, считывает образец жизни матери, и достигнув юности, становится проституткой. Именно ей Эмиль Золя посвятил свой роман «Нана».
Конец жизни Жервезы логичен. Проев и пропив с мужчинами свою некогда выстраданную непосильным трудом прачечную, потеряв стыд и самое себя, она умирает в безумии, одиночестве и нищете.
Смерть уносила ее понемногу, по частям; то гнусное существование, которое Жервеза приуготовила себе, подходило к концу.
... но истина была в том, что она погибла от нищеты, от грязи и усталости, от невыносимой жизни. Издохла от собственного свинства...
(из романа "Западня", о Жервезе)
Но был ли выход у героини, могла ли она выстоять против всеобщего давления, не уподобиться тем, кто ее окружал? Уверена, выход был. Если бы Жервеза мыслила как мать, а не как чувственная самка, и видела смысл жизни в ее бесконечном продолжении – своих детях, у нее хватило бы сил и смелости преодолеть все преграды. А если уж настолько важно ей было пресловутое женское счастье, кузнец Гуже был единственным достойным мужчиной, на ком стоило остановить ей свой выбор.
Роман «Западня» оставляет после себя душное, темное ощущение безысходности. Единожды попав в западню парижских улиц, человек навсегда теряет человеческое, пускаясь во все тяжкие: пьянство, обжорство, разврат и пр.
Перечитывать это произведение мне вряд ли захочется. Есть одна существенная разница между Золя и Достоевским: отсутствие всякой духовности, веры в божественную сущность человека, которая даже последнему преступнику дает возможность покаяния, прощения и воскрешения. А роман Золя похож на растение «венерина мухоловка»: мягкие хищные челюсти захлопнулись, жертва напиталась пищеварительным соком и обречена на мучительную смерть. И нет за этой смертью ничего, кроме тьмы.
И даже попытка кинематографистов обелить образ Жервезы не дала ей шанса спастись. Отзыв на фильм напишу, пожалуй, отдельно - фильм действительно этого стоит.