Какое-то дурное предчувствие всегда накрывает меня в середине лета, я не люблю это время года, никогда не любила и, возможно, даже не полюблю. Говорю так, как будто полюбить - это легче лёгкого, будто не любить сложнее. Мне кажется, отказать в любви – это как отказать в смерти врагу, не потому что ты не хочешь сделать больно, а потому что ты пустой. Подходи, посмотри, я пустой, мой магазин пустой, ни осталось ни гильз, ни патронов, всё приснилось нам, давай просто разойдёмся и забудем, как вести диалог из состояния войны. Пожалуйста, мне невыносимо думать, знать и помнить, что я не смогу полюбить, не смогу выбить искр, как это делает за меня огнестрельное оружие, поджигая порох ненависти, отчаянного непонимания.
Как это вообще попало в нашу жизнь, как просочилось? Как осталось? И почему мы до сих пор не можем признать, что все жертвы всегда напрасны, что мы заблудились в смешных и губительных лабиринтах?
Я не люблю это время – перелом лета, оно напоминает мне всем своим веществом эти мысли - распущенные и ни разу не доведенные до конца. Из такого песка мне не построить мост, не построить дом, всё происходит незачем. И почти забыто, что миновала уже половина года, который праздновали в ещё вчера, в январе?
Пожалуй, мне стоит задержаться здесь ещё, благо маршрут как будто бы располагает. Я сяду на вечернем песке, хранящим остатки дневного зноя и тайну того, как оставаться цельным. Небо подрагивает шёлковым куполом, отливает разбавленной синевой.
Да, теперь я вижу, что июль – это месяц пустынь, морских ли, песчаных. Что может быть печальней и прекрасней, чем ничего?
