Подписывайтесь на мой канал, дорогие друзья! Каждый из вас ставший моим постоянным читателем, вдохновляет меня, подтверждая, что пишу я не зря!
Начало читайте в :https://zen.yandex.ru/media/georgiu/prodav-v-gorode-kvartiru-vladimir-vzial-s-soboi-chasura-i-otpravilsia-v-oveiannyi-legendami-taejnyi-sibirskii-krai-5f197ad0dae5eb1590c3d17f
Жизнь Ершова и его верного волкодава Часура в затерянной среди сибирской тайги деревеньке постепенно налаживалась. Местные, конечно поначалу дивились огромному псу с тяжелым, настороженным взглядом исподлобья. Таких странных и огромных псов в деревне испокон веку не водилось, а тут…Степенный, и на первый взгляд медлительный пес глядел на окружающих с неким подозрением, будто проникая в душу пытливым изучающим взглядом, от которого становилось не по себе. При этом Владимир и Часур жили обособленно, тихо и незаметно, как, впрочем и все, кто остался доживать свой век в этой Богом забытой и заброшенной деревне. Старые охотники много чего повидавшие на своем веку, подсказали Ершову как вести себя в тайге, где царят свои особые и непоколебимые законы.
-Вот тебе ружьишко, с ним можешь зверя промышлять, - сказал охотник Андрей Ильич Панов, - вручая Владимиру, видавший виды дробовик и патроны к нему, - ты не смотри парень, что это ружье старовато, - оно еще тебе послужит изрядно. Глубоко в тайгу покамест не ходи, - охоту делай в окрестностях. От лесу бери по надобности, - зверя почем зря не бей. Скажу я тебе Володя, дед твой Ерофей Павлович - знатный лекарь был, на всю округу славился своим умением врачевать травами разными, да корешками. Ох, и добрый же человек был, - дай Господи его душе покоя. Он ведь меня с того света вытащил. С медведем я однажды в тайге встретился на узкой тропинке. Даже выстрелить не успел, как мишаня на меня бросился. Эх-х-е-е-х…Подрал меня знатно мишаня тогда, не знаю, как живым я остался. Ну, наши из охотников меня тогда нашли, и к деду твоему на руках принесли. Вот он со снадобьями разными, умением славным да Божьим словом меня и поправил. Так, что от меня тебе почет за такого родственника, да и сам ты я вижу парень не плохой, спокойный. Чего из города-то ушел? Достали там? А семья как же?
-Было и такое Андрей Ильич, - ответил Ершов теребя Часура за обрубками ушей, - а семьи нет. Уже нет…Хочу в тиши и спокойствии жить, никому морду не бить, и от других бегать тоже не хочу. Я свое отвоевал уже, - до самого конца жизни хватит.
-Ну и живи себе на здоровье, - улыбнулся в седую бороду Панов, - края здесь тихие, вдали от шума городского, и большой земли отсюда не видать. Бывает конечно, в тайгу приходит кто из заезжих, пошумят, побезобразничают малость, но наши старики им гулять уж больно не дают. Это пока мы живы еще, законов таежных боятся, а когда нас не будет, заветы наших дедов да отцов пропадут навсегда…
Андрей Ильич вздохнул тяжко, и пожав руку Владимиру, ушел еле заметно прихрамывая на правую ногу. Часур проводил старика долгим пристальным взглядом, а потом посмотрел на хозяина, и тихонько заскулил.
-Ну, что Часурка, вот тут теперь наш дом, тут и жить будем сколько судьба отпустит!
Ершов с удовольствие вдохнул свежего бодрящего воздуха. По утрене над деревней прокатился лихой осенний дождь. Серебряными струями пронесся он над старыми домишками, балуясь растряс молоденькие поникшие березки, и сбил с них на сырую усеянную хрустальными каплями траву золотеющие листья, едва начавшие покрываться густым багряным цветом.
…Тайга манила наших друзей своей первозданной, сказочной красотой. Каждый день поутру, Ершов и Часур позавтракав в своем домишке, постепенно возрождавшемся животворным теплом, уходили в таежные дебри, чтобы насладиться необыкновенной тишиной и благостью великого русского леса. Пес, чьи предки-овчары испокон веку жили и продолжали свой старинный род в афганских горах, охраняя стада овец и верно служили пастухам, с каждым разом открывал для себя новое в тайге. Ершов с интересом наблюдал как Часур внимательно осматривает каждую тропинку, каждый куст, чутко принюхивается к незнакомым и удивительным запахам. Волкодав хотя и был увлечен тайгой бушующей яркими красками и запахами, но все же бдительности вовсе не терял. А когда над влажным от дождя лесом опускались сизые сумерки, и где-то там в глубине лесных дебрей раздавался одинокий волчий вой, Часур напрягался всем телом, и всматриваясь, а темнеющую кисею оскалившись глухо рычал. Это были признаки кровной вражды между свободными серыми хищниками и их потомками, сделавшими свой окончательный выбор в пользу человека. Но иногда Владимиру казалось, что из густой лесной чащи, откуда-то изнутри еловых лап, на него пристально глядят чьи-то глаза. Этот настойчивый, изучающий взгляд Ершов ощущал спиной, и наученный в разведке безошибочно отличать первостепенные запахи и звуки, он был готов к тому, что в один из моментов к его шее приблизится что-то неотвратимо острое и беспощадное. В такие секунды он крепче сжимал рукоятку охотничьего ножа приготовившись его выхватить еще до того, как будет уже поздно…
… В своем изначалье, златовласая осень в сибирской тайге жила полно и по-хозяйски. Временами на небе сияло золото-огненным шаром жаркое солнце, распаривая обильно политую дождем землю, отчего понизу стелилось густое словно молочная река покрывало. На ветвях деревьев заливались звонкими трелями божьи странники, - сладкоголосые птахи, и весь лес будто переговаривался, смеялся, о чем-то шептал и вздыхал. А вдруг на небо набегали тяжелые, мрачные тучи заслоняли собой яркое солнце, отчего вдруг все краски теряли свою пестроту и яркость. Где-то там в небесах громыхал гром, сверкала ветвистая голубая молния, и на таежные долы и веси проливался шумный шелестящий дождь… В такие минуты, Ершов и Часур любили сидеть в избе и смотреть как в оконное стекло бьют дождевые капли, а во дворе под порывами дикого гуляки-ветра гнется ветка рябины…
Спустя примерно месяц, к Ершову пришел местный охотник Назар Кудимов, и сообщил, что в тайге пропал Андрей Ильич. В пустующем зимовье все было перевернуто вверх дном и царил беспорядок, будто здесь шла отчаянная схватка. Ершов погладил по голове Часура, каким-то непонятным чутьем осознавая, что страшное и неуловимое
на мгновение показало свое лицо, и сжав узкие бескровные губы, вновь преследует его по пятам…
Георгий АСИН
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ