Дальнейшего мнемокиллер не ожидал от себя самого. Верх непрофессионализма, граничащий с откровенным хамством. Следующим шагом могла стать пуля в его бесполезной голове. Роузманн рассмеялся в лицо своему заказчику. Мужчина искренне решил, что Кеплер подшучивает над ним. Воспоминания о будущем. Роузманн готов был покляться, что видел старый анимационный фильм с таким названием. Тонкостей сюжета вспомнить ему уже не удастся, но там точно был мужик, чей запах был оружием массового поражения. От этих картин в голове Роузманн рассмеялся ещё больше. Кеплер же оставался предельно серьезным. Быть может его окаменевшее лицо и заставило Роузманна замолчать.
- Это была не шутка?
- Я не тот человек, что будет шутить после шестизначных вложений, - ответил Кеплер. Роузманну стало не до смеха.
- Тогда мне не ясна задача. Как я могу стереть из памяти то, что физически не может там находиться?
- Я ведь говорил – мой заказ необычен и требует деликатности.
- И в отношении чего же я должен проявить деликатность, Мистер Кеплер? – Роузманн начал ощущать зачатки раздражения от абсурдности заказа. Во всём этом была какая-то махинация. Мнемокиллеры первыми получали новейшие разработки в области нейроинвазии. Будь хоть один способ внедрить человеку воспоминания из другого временного пласта, Роузманн бы об этом знал. Кеплер не торопился отвечать своему гостю, снова выдерживая паузу. Раздражение от этого только усиливалось.
- Я полагаю, мистер Роузманн, Вы в своей работе сталкивались с визуализатором психокарт и знаете принцип их работы.
- Разумеется, - ответил Роузманн, - Прибор реагирует на электроимпульсы в коре головного мозга, расшифровывает последовательность возбуждения разных центров и превращает данные в изображение: схему, текст, пиктограмму или что-то подобное.
- Верно, - Кеплер удовлетворённо кивнул, - Я частенько использую этот прибор в своей работе. Помогает сосредоточиться. Но некоторое время назад я позволил себе анализ своих личных шансов.
- Хотели проверить, потяните ли молодую жену?
- Скорее молодого мужа.
Если бы Роузманн в этот момент пил кофе, то поперхнулся бы. Он вылупился на Кеплера, не в силах что-либо произнести. Кеплер горько ухмыльнулся и продолжил.
- Знаете, я впервые понял, что не смогу любить того, кого следует, когда мне было 16. Родители говорили, что это влияние гормонов и со временем пройдёт. Голова поседела, тело обрюзгло, а гормоны видимо так и остались. Я понял, что нужно сохранять видимость нормальности. 2 брака, сын – для общества я выгляжу как достойный образец семейных ценностей, и за эту видимость в мою постель готовы впустить кого угодно. Лишь бы за закрытыми дверьми.
Кеплер остановился, чтобы допить кофе. Движение было настолько резким, что на дне чашки не осталось даже гущи. Роузманн уже видел такой жест. Макс собирался с мыслями.
- С Алексом мы познакомились в Вене. Такой хрупкий, утончённый, юный. Среди старых дворов города его красота ослеплял. Он цитировал Бодлера и Шиллера с таким аристократизмом, что прохожие замирали. Я влюбился в него без памяти. Рассчитывал ли я на взаимность? Нет, даже представить не мог. Тем ошеломительнее для меня был ответ на чувство. Тогда мне казалось, что счастье безгранично...
Продолжение следует.
Подписывайтесь на канал. Оставляйте комментарии.
Сборник "Истории, рассказанные вполголоса"