За прошедший год я изучил большое количество исторических некрополей Санкт-Петербурга (отчёты о моих "исследованиях" регулярно выходят на этом канале). И в ходе одной из таких прогулок по кладбищу я открыл для себя новый термин - кенотаф.
Кенотаф - это надгробный памятник, установленный в качестве символической могилы, в которой нет останков покойного. Другими словами, кенотаф - это надгробие без могилы, посвящённое умершему человеку, похороненному в другом месте, или же не похороненному вовсе.
Кенотафы существуют в нашем мире с древних времён. Пожалуй, самым известным примером кенотафа служат египетские пирамиды: некоторым фараонам устанавливалась не только пирамида-гробница, но и несколько других пирамид-спутников.
В более поздние времена (в том числе, и в наши дни) существует множество причин для установки кенотафа. Предлагаю рассмотреть их по отдельности, подкрепив каждую примером кенотафов с кладбищ Санкт-Петербурга. На всякий случай отмечу, что все фотографии в статье - моего авторства, так что в ней я рассказываю исключительно о тех кенотафах, которые довелось повстречать лично.
Кенотаф, установленный на месте бывшего захоронения, утраченного в наши дни
Пожалуй, такая причина появления кенотафов в Петербурге является самой популярной. Во многом это связано с крайне негативным опытом, через который прошли практически все некрополи Санкт-Петербурга: я говорю о борьбе с религией в Советском Союзе, в ходе которой многие исторические кладбища были подвергнуты разрушениям, а некоторые некрополи и вовсе были полностью ликвидированы.
Самый наглядный пример кенотафа такого типа - надгробие на могиле знаменитого поэта Александра Блока. Не многие знают, что у Блока в наше время существует два надгробия на двух разных кладбищах - одно из них является кенотафом.
Изначально Александр Александрович был похоронен на Смоленском православном кладбище - место было выбрано с учётом прижизненных пожеланий Блока. По его же просьбе на могиле был установлен простой белый крест.
Но в 1944 году прах Александра Блока был перенесён на Литераторские мостки (из этого некрополя в то время хотели сделать этакий музей под открытым небом, а потому на нём перезахоронили многих выдающихся писателей и поэтов России). Разумеется, о переносе креста не было и речи - в то время подобные религиозные символы крайне не одобрялись. В итоге на могиле Блока была установлен обелиск с барельефом поэта.
В наши дни на Смоленском кладбище, на месте, где изначально был похоронен Александр Блок, установлен памятный крест-кенотаф, так что поклонники поэта навещают сразу две могилы Александра Александровича: на Смоленском кладбище и на Литераторских мостках.
В Петербурге есть ещё один пример кенотафа, оставленного на первоначальном месте захоронения: речь идёт о надгробном камне на всё том же Смоленском православном кладбище, установленном в память о похороненном на этом месте знаменитом украинском поэте Тарасе Шевченко.
В наше время многие стали забывать, что значительную часть своей жизни Тарас Григорьевич прожил в Петербурге, и умер он тоже в Северной столице, в 1861 году. Его похоронили на Смоленском кладбище, но спустя два месяца прах Шевченко был перевезён на Украину и перезахоронен на Чернечьей горе (такова была воля самого Тараса Шевченко). Ну а в Петербурге в память о поэте был установлен кенотаф.
Но бывают и случаи иного характера: кенотафы ставятся на месте, откуда в своё время были извлечены святые мощи канонизированного человека. Один из примеров такого кенотафа - надгробие, принадлежащее Илариону Троицкому (в миру - Владимир Троицкий).
Иларион Троцкий был активным защитником религии в советское время, и за свою активную гражданскую позицию он был дважды репрессирован: в 1923 году его на три года сослали на печально известные "Соловки", а позднее, в 1929 году, его арестовали ещё раз, и отправили в лагерь в Средней Азии. Он тяжело заболел во время одной из пересылок и умер по возвращении в Ленинград.
Иларион Троицкий был похоронен на Новодевичьем кладбище Санкт-Петербурга в 1929 году, однако канонизирован он был лишь в 1999. Тогда же были обретены мощи святого, а на могиле Илариона Троицкого был установлен кенотаф.
Надгробный памятник, перенесённый на другое кладбище без перезахоронения
Такой вид кенотафов встречается гораздо реже, нежели предыдущий, и чаще всего такие кенотафы можно встретить на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Связано это с тем, что в советское время на это кладбище переносили старинные надгробия (в том числе, и не особо известных людей), обладающие художественной ценностью, при этом не производя перезахоронений. То есть, надгробие просто снимали со своего места и увозили на другое кладбище.
Один из примеров такого кенотафа - надгробный памятник, принадлежащий Густаву Адольфу Магиру, доктору медицины и выдающемуся хирургу, похороненному в 1842 году на Смоленском Лютеранском кладбище. Думаю, мне не нужно объяснять, почему этот памятник был признан ценным с художественной точки зрения - надгробие Густава Магира действительно уникально!
В 1930-е годы скульптуру сняли с постамента и перенесли на Лазаревский некрополь. Прежнее место захоронение Густава Магира сохранилось до наших дней: сейчас оно представляет собой небольшой гранитный постамент с выбитым на нём именем и годами жизни Магира (увы, мне этот постамент не встречался, так что и фотографии его у меня нет).
Известно, что человек похоронен на данном кладбище, но точное место его захоронения утеряно
Подобное явление часто встречается на старинных кладбищах: под влиянием времени многие надгробия разрушаются, так что узнать - где был похоронен тот или иной человек, становится невозможным.
На Литераторских мостках установлено сразу два кенотафа, и оба они принадлежат знаменитому писателю Александру Радищеву. Такое внимание к Радищеву связано не только с его известностью в нашей стране (Радищев создал повесть "Путешествие из Петербурга в Москву"), но и с тем, какое важное значение сыграло захоронение этого великого писателя на Литераторских мостках.
Дело в том, что Радищева похоронили на Волковском православном кладбище в 1802 году - на тот момент никаких Литераторских мостков ещё не существовало, а данное кладбище представляло собой небольшой погост при Волковой Деревне. Однако после того, как писатель был упокоен на этом кладбище, вокруг его могилы стали появляться другие захоронения известных литературных деятелей, и со временем этот участок кладбища стал называться Литераторскими мостками. Тем удивительнее, что первая по времени могила на Литераторских мостках была утеряна!
В память о Радищеве на Литераторских мостках была установлена мемориальная доска на стене храма Воскресения Словущего и обелиск недалеко от входа в храм - оба этих объекта можно с уверенностью назвать кенотафами!
Ещё один известный кенотаф такого типа - памятная доска на входе на Смоленское православное кладбище, гласящая, что на территории некрополя похоронена няня Александра Сергеевича Пушкина, Арина Родионовна.
Мемориальный кенотаф, посвящённый жертвам трагедий
Часто память о людях, погибших в одной катастрофе, увековечивают с помощью общего кенотафа-мемориала.
На Серафимовском кладбище в Петербурге есть целая аллея с такими кенотафами. Я не буду перечислять вам их все, а приведу лишь пару примеров. Один из таких мемориалов посвящён трагичным событиям, произошедшим совсем недавно - я говорю об авиакатастрофе над Синаем, случившейся в 2015 году. Жертв той страшной катастрофы хоронили на разных кладбищах, но на Серафимовском некрополе был установлен общий монумент-кенотаф, прийти к которому и возложить цветы в память обо всех погибших в той трагедии может каждый.
Ещё один "братский кенотаф" (если можно так выразиться) на Серафимовском кладбище посвящён альпинистам, попавшим под лавину 13 июля 1990 года. Международная группа из 45 альпинистов покоряла пик Ленина, когда с него сошла лавина. Из всей группы чудом выжили только двое (в интернете есть интервью с одним из выживших альпинистов из России, если вам интересно - можете с ним ознакомиться, пересказывать его в этой статье я бы не хотел). На Серафимовском кладбище был установлен кенотаф, на котором перечислены имена всех ленинградцев, погибших в той страшной трагедии.
Ещё один кенотаф я повстречал на Смоленском армянском кладбище. Посвящён он жертвам землетрясения, случившегося в 1988 году в городе Спитак в Армении. Сам по себе кенотаф не очень заметен из-за своих небольших размеров, а потому многие петербуржцы, к сожалению, не знают о его существовании.
Кенотаф, посвящённый людям, объединённым при жизни одним родом деятельности
В этом пункте я хотел бы отметить кенотафы, посвящённые военным, полицейским, пожарным и людям других подобных профессий, погибшим при исполнении должностных обязанностей.
Здесь же стоит отметить кенотафы, установленные в память о жертвах аварии на Чернобыльской АЭС, и в частности в память о ликвидаторах, устранявших последствия этой страшной аварии. Подобные кенотафы встречаются на всём постсоветском пространстве, и Санкт-Петербург не стал исключением.
Кенотаф, установленный вне территории кладбища
Кенотафы такого типа встречал почти каждый: я говорю о крестах или венках, установленных вдоль дорог в память о погибших на этом месте автомобилистах.
Но бывают и иные кенотафы, установленные за пределами кладбищ. Такое надгробие я повстречал совершенно случайно: во время одной из своих прогулок по Петербургу я наткнулся на могилу, скрытую от глаз пешеходов в небольшом островке зелени у конечной остановки троллейбусов и трамваев на Тихорецком проспекте!
Разумеется, я заинтересовался историей этого надгробия и узнал, что оно является кенотафом, установленным в наше время в напоминание о грустной истории петербургских "Ромео и Джульетты" 19 века. История жителей немецкой колонии "Гражданка" Карла и Эмилии очень похожа на трагедию Шекспира: только в петербургской истории причиной отказа родителей Эмилии в браке было недостаточное материальное состояние Карла. Долгие годы пара пыталась убедить родителей дать согласие на брак, но у них ничего не получилось. Концовка этой истории, к сожалению, не менее трагична, чем в пьесе Шекспира.
История Карла и Эмилии - не городская легенда, эти люди действительно существовали. Более того, сохранились воспоминания об их могиле: она, по понятным причинам, находилась за пределами кладбища, а потому со временем была утрачена. Ну а в наше время на предположительном месте захоронения Карла и Эмилии был установлен кенотаф. Вот такая необычная история!
На этом я заканчиваю свой рассказ о кенотафах Санкт-Петербурга. Если вы знаете какие-то другие кенотафы, которые не были упомянуты мною в рамках данной статьи, пишите о них в комментариях.
Спасибо за внимание!