Когда мне исполнилось десять лет, я стал настоящим пастухом. Пас я уже не только баранов и овец, но и коров и волов. Под моим началом находилось большое стадо. Получал я уже целый рубль в месяц. Чувствовал себя совсем взрослым. И как взрослый, который помогает семье, я каждый месяц отдавал весь свой заработок матери. Меня стали считать в семье кормильцем и относились ко мне с большим уважением.Все лето я пас скот. А поздней осенью в хмурый, пасмурный день мать сказала мне, чтобы я собирался в дорогу. Едет на ярмарку наш сосед, богатый и изворотливый калмык. Он берет меня с собой.
Вечером сосед пришел к нам и сказал, что пора ехать. Я накинул халат, вышел на улицу, запряг лошадей. Погрузил в телегу конину, которую мой новый хозяин приготовил для продажи на ярмарке, и мы поехали. Ехать пришлось далеко - верст пятьдесят.
Ярмарка раскинулась в большой, многолюдной станице. Сколько было на ярмарке фокусников, цыган, нищих, слепцов, сколько самого разнообразного люда! а сколько каруселей! Мой хозяин развернул широкую торговлю. Я варил и жарил целые пуды конины. Покупатели шли густой толпой и поедали все, что я успевал сварить и нажарить. Торговал хозяин и днем и ночью. Спать было некогда.
За все это хозяин платил мне двадцать копеек в сутки. Я чувствовал себя богачом! Наконец ярмарка кончилась. Народ стал разъезжаться.
хозяин встретил приятелей и отправился в харчевню. На дворе шел мелкий осенний дождик. Мне хотелось спать, а спать было некогда. После долгих поисков возле какой- то кибитки я увидел спящего человека. На нем был надет теплый ватный халат. Вот счастье - то! Я мигом улегся к спящему под халат, согрелся и заснул.
Проснулся я от страшного шума. Кричали люди, блеяли бараны, ржали застоявшиеся кони. Станичники разъезжались по домам. Хозяин мой уехал один. Мне нужно было идти пятьдесят верст пешком. Я не растерялся. За семь дней ярмарки я заработал рубль сорок копеек - целое состояние. Я пошел покупать родным подарки. Купил три пачки чаю на девяносто копеек. С полтинником в кармане я отправился домой. Напивая песню и лихо танцуя, я пришел в зутор. Мать уже беспокоилась и страшно обрадовалась, что я вернулся домой.
" Ну - думалось мне, - теперь я настоящий повар. Могу варить, жарить, готовить обеды." Недолго думая я нанялся к гилюнгу в повара. Священник платил мне рубль в месяц. За этот рубль я не только варил попу калмыцкий чай, но и убирал четыре комнаты, кухню, дворовые постройки.
У попа было много мебели, ковров, посуды. Вставал я затемно, вытряхивал ковры, стирал пыль с мебели, мыл полы. Вечерами к хозяину приходили друзья попы. Усаживались ужинать, играть в карты. Мой поп то и знай покрикивал:
- Эй, Ока! Подай водку!
Водку выпьют, приходиться опять бежать за пять верст. Часто я бегал за водкой несколько раз за ночь. А ели попы сколько! Накормишь, напоишь их досыта - и снова на столе не чего нет.
Наконец я попросил отца забрать меня домой.