Я думаю хабаровские движения будут иметь важные последствия. Во-первых игра в демократию кончилась. Народу покажут, кто в России хозяин. И окончательно ясно - власть на поводу у людей идти не будет. Демонстранции - вещь неприятная, но не более того. Подавят. Разгонят. Накажут.
Более - менее активную оппозицию прижмут. Понятно, что бастовали не только сторонники Фургала. Все противники власти поспешили воспользоваться ситуацией. И их ждет возмездие. И рядовых участников и профессиональных политиков - власть будет действовать решительно и жестко.
Платошкин, Грудинин, Фургал, Навальный - очень разные люди с разными целями, делами, возможностями. Но посмели не лизать пятки.
Такие чистки могут значить две вещи. Свободы и плюрализмы всякие - поняти устаревшие и отсталые.
Да здравствует единое мнение! И единственно правильное поведение. Царя славить и беспрекословно слушаться. И чтобы помочь народу в этом оперативно принимаються нужные законы. Чуть что - клевета, несанкционированный митинг, экстремизм.
С этим законодательством и судами что хошь пришить могут. Что мы и видим на примере вышеозначенных и не только.
То, что Фургал виновен очень может быть, но почему столько лет молчали? Преступник прошел в губернаторы! А кто его туда пропустил? Накажите всех!
Когда представители оппозиции баллотировались в Московскую городскую думу их под микроскопом изучили. И, ничего не найдя, по беспределу просто отказали в регистрации. А тут....
Я думаю, Фургала специально пропустили во власть, чтобы, имея компромат, в нужный момент взять за жабры, а в кресло губернатора посадить 100 % своего человека. Двойная выгода.
Народ начал прозревать, понимать и выражать недовольство после пенсионной "реформы". И время стало течь быстрее, режим ускорил процесс создания абсолютной диктатуры, сбросил маски. То кидая косточки, в виде разовых выплат, то включая жесткач и сажая, штрафуя, запрещая, берут за горло.
Те упоротые сторонники главного, что грезят путинским порядком и стабильностью, прозреют через годы, когда тренды видимые но не ощущаемые сейчас наконец почувствуются.
Но будет поздно и 37 год наступит снова.
И завоют и заблеют, да все уже.
Ушел поезд, а с ним и чаяния.
Из-за вас упоротые.
Дальше носа не видящие.
За двадцать лет ничего не понявшие!