«Знаешь, почему я — поэт, а Маяковский так себе — непонятная профессия? У меня родина есть! У меня — Рязань! Я вышел оттуда и, какой ни на есть, а приду туда же! А у него — шиш! Вот он и бродит без дорог, и ткнуться ему некуда…» С.А. Есенин. Я решила продолжить тему на примере поэта Иосифа Бродского и писателя Василия Аксенова. Малообразованная публика называет одного из них гением русской поэзии, другого – выдающимся писателем-классиком русской литературы. Поэтому моей задачей является понять, так ли это на самом деле. Я твердо убеждена в том, что если вынуть Бродского и Аксенова из русской литературы, она вряд ли потускнеет. Однако литературные раввины не дремлют. Прилагаются все усилия для того, чтобы вбить в мозги скажем так, неподготовленному читателю сомнительный ореол значимости двух упомянутых творцов для русской и мировой литературы. Попутно изображая их то «вольнодумцами», то горячими идеалистами или как духовную оппозицию советскому режиму. Меня смешит до колик в жив
«Знаешь, почему я — поэт, а Маяковский так себе — непонятная профессия? У меня родина есть! У меня — Рязань! Я вышел оттуда и, какой ни на есть, а приду туда же! А у него — шиш! Вот он и бродит без дорог, и ткнуться ему некуда…» С.А. Есенин.
Я решила продолжить тему на примере поэта Иосифа Бродского и писателя Василия Аксенова. Малообразованная публика называет одного из них гением русской поэзии, другого – выдающимся писателем-классиком русской литературы. Поэтому моей задачей является понять, так ли это на самом деле.
Я твердо убеждена в том, что если вынуть Бродского и Аксенова из русской литературы, она вряд ли потускнеет. Однако литературные раввины не дремлют. Прилагаются все усилия для того, чтобы вбить в мозги скажем так, неподготовленному читателю сомнительный ореол значимости двух упомянутых творцов для русской и мировой литературы. Попутно изображая их то «вольнодумцами», то горячими идеалистами или как духовную оппозицию советскому режиму. Меня смешит до колик в животе фраза, которую часто приходится слышать в адрес гонимых и несчастных Бродского и Аксенова: «Оба писателя страдали в СССР». Так ли это было на самом деле?
Бродский — поэт в России практически не известный, вдруг стал лауреатом самой престижной литературной премии в мире, что вызвало немалое удивление как в мировой, так и в советской литературной среде. Сама Анна Андреевна Ахматова, которая ему покровительствовала с первых его поэтических шагов, говорила: «Нашему рыжему делают биографию». Видимо Нобелевский комитет хотел в очередной раз сказать, что нет русской и советской литературы, нет достойных, по их мнению представителей, на эту премию. Русский человек по праву гордящийся… культурой отечества, конечно же, не должен восхищать нобелевский комитет, наоборот он вызывает опасение…
Конфликт литературы и власти был всегда, но настоящие писатели понимали грани нравственности, при этом не считали возможным писать и говорить о родной стране негативно. Шведская академия избирала в России только вполне очевидных «диссидентов» и прошла мимо, несомненно, очень весомых (каждое по-своему) имен, не имевших такой репутации: Михаил Пришвин, Максим Горький, Константин Паустовский, Алексей Толстой, Леонид Леонов, Александр Твардовский (которого, кстати, ещё в 1940-х годах исключительно высоко оценил лауреат Нобелевской премии Иван Бунин) и др.
