ЛАЗУРНЫЙ БЕРЕГ
Утро 16-го июля начиналось всё в том же ритме.
В 5.30 подъём. Быстренько умылись, похватали свои АКСу и бегом, в уже поджидавшие нас грузовики.
И опять всё та же пятнадцатиминутная «кишкотряска» до аэродрома!
По сути дела, при такой концентрации войск, дорог в Ханкале практически не было, просто «направления»!
Пока «ехали» до аэродрома, наш «Урал» с дырявым тентом, то и дело увязал в лужах полуметровой глубины, наполненных сметанообразной смесью глины, пыли, и... ещё Бог знает чего!
Пешком там пройти было просто невозможно!
Когда «водиле» совсем уж было «невмоготу», он просто прорывался через чистенькое расположение какого-нибудь автопарка или между палаток, обильно уставленных вокруг авиабазы. Но никто и не обижался. Все знали... вертолетчики едут работать.
Ну а на аэродроме всё тот же ритм. Быстрый завтрак из холодной, и уже опостылевшей гречки с тушёнкой, стакан полусладкой воды, только похожей на чай, в прикуску с сырым и недопечённым хлебом, тоже больше похожим на простое тесто, и бегом на постановку задач!
Начиналось очередное утро ВОЙНЫ.
Всё в том же импровизированном классе предполётных указаний экипажам «нарезали» задачи на день. Постепенно просыпался аэродром.
Наши дорогие технари готовили для нас наши машины. То тут, то там запускались двигатели вертолётов. Авиабаза начинала работу.
- Штинов! На КП! - послышалось из открытого окошка диспетчерского домика.
Я подошёл к окну небольшого вагончика, которым и являлся командный пункт авиагруппировки, и стал ждать указаний.
Через несколько минут подошёл Чебыкин.
- Так, Стас! У тебя сегодня особая задача! – сделал он многозначительное лицо и поднял указательный палец вверх, - Наши заменьщики кое-что оставили нам «в наследство», надо будет слетать на разведку. Тебя загрузят бензином и стройматериалами, и ты с начальником тыла полетишь «полосатым рейсом».
Я удивительно посмотрел на командира.
- Короче! Летишь на Каспий, остров Тюлений, там разгружаешься, забираешь груз и домой. И чтобы ни одна бл...... тебя не видела и не слышала, в полном режиме радиомолчания. Пограничная зона! Не хватало нам ещё проблем с пограничниками. Весь полёт на твою ответственность, решение принимаешь самостоятельно. Взлёт через тридцать минут, в 18.00 ты на аэродроме. Задача ясна?
- Так точно! – неуверенно я посмотрел на командира.
- Всё, свободен!
Я вышел из домика и направился к вертолёту. Возле него уже кипела работа. Через открытые грузовые створки в него закатывали бочки с бензином и заносили какие-то ящики. Рядом стояла группа пилотов и техников с братской эскадрильи Ми-24.
- Борисыч! Возьмёшь нас? Нам заменьщики сказали, что там можно отдохнуть и покупаться, у нас день свободный. – с мольбой в глазах смотрели на меня коллеги.
Я опять с грустью посмотрел на обшарпанный, видавший виды «Колокольчик», потом в полную грузовую кабину, затем на 8 человек лётного состава, прокручивая в голове расчёты – «как же всё это поднять»?
Но вопрошающие глаза пилотов и слабый кивок бортача, Игорюхи Царика, развеял все сомнения. Да и очередной, недоумённый взгляд полковника Мартынюка, который на этот раз промолчал, добавил резона моим мыслям.
В голове промчалось:
- А вот хренушки тебе «тыловая….», пилотов я всё равно возьму!
Только вслух произнёс, покачав головой:
- Э-ээ-х! И откуда вы всё знаете? Ладно! По машинам!
Лётчики быстро заскочили на борт, распихав свои организмы в свободные промежутки между грузом.
- От винтов! Запускаемся!
После взлёта, отойдя немного от аэродрома, как и было указанно, мы «упали на предел», если таковой её можно было назвать.
Любой вертолетчик любит полёты на предельно-малой высоте. И сейчас, когда нам была поставлена конкретная задача «не светиться», мы просто «облизывали» континент. Перескакивая кусты и деревья, ныряя в овраги и ложбинки, мы неслись к Каспийскому морю.
Андрей пальцем вёл по проложенному им маршруту на карте, крутя головой и сверяя его с окружающими ориентирами. Через 20 минут показалась береговая черта.
Каспий был очень красивым! Его изумрудно-синяя вода переливалась в лучах восходящего Солнца.
Мы заскользили на метровой высоте над пенными барашками волн, несясь в открытое море. Теперь была вся надежда на точность прокладки маршрута штурманом, чтобы точно выйти на маленький островок, с красивым названием «Тюлений». Высоту нельзя было набирать, дабы не засветиться яркой точкой на экранах локаторов наших коллег-пограничников.
До боли в глазах мы всматривались в широченный морской горизонт, в поисках узкой полоски земли.
Остров появился неожиданно. Он выступал из воды на высоту всего лишь 2 - 3 метра, с минимумом растительности, да и сам небольшой по размеру. Плавно начав гасить скорость мы, стали подходить к нему с западной стороны. Недалеко от берега стоял небольшой домик с беседкой, вокруг несколько невысоких мачт-антенн, и старый, ржавеющий остов огромного дизеля.
Я заложил вираж над домиком в поисках ровной площадки для посадки, но в кабину протиснулся полковник Мартынюк, который всё это время стоял за спиной у борттехника, и рукой показал в сторону северной части островка.
- Нам туда! - послышался его голос через свист турбин.
На узкой прибрежной полоске мы увидели несколько моторных лодок, а рядом с ними несколько человек, размахивающих руками.
Я плавно довернул вертолёт в их сторону и прошел над ними на высоте 5 - 10 метров, чтобы определить место для посадки и направление ветра.
Благо на море с определением ветра было всё просто. Белые чёрточки нешироких пенных следов, вытянувшиеся на сотни метров по гребням волны, чётко указывали его направление. А вот с подходящей площадкой было сложнее.
Прибрежная полоса была шириной всего лишь 5 - 8 метров, затем начинался небольшой уступ, высотой 1.5 - 2 метра, переходящий уже в саму поверхность острова, и который был покрыт густым, низким кустарником. На расстоянии 100 -150-ти метров от берега были небольшие «пятачки» открытой поверхности, на которых и можно было бы сесть. Но Мартынюк заметив мой взгляд, прокричал мне на ухо:
- Нет-нет! Надо садиться ближе к ним! Будем рыбу загружать, а то придётся далеко таскать!
Я с недоумением посмотрел на тыловика.
- Да нам что! В воду садиться?
- Нет! Этой полоски достаточно!
- Во блин! - только подумал я, - этой пехоте невдомёк, что мы не на БТРе, и что наша машина весит 11ть с половиной тонн, и что весь вес будет держаться на трёх узеньких колёсах шасси, которые однозначно увязнут в песке по самое брюхо!
Я с горечью покачал головой.
- Ладно! Заходим на посадку. Андрюха! Смотри справа за расстоянием до лопастей. Игорь! Над берегом подвисну, спрыгнешь, будешь смотреть за хвостом и шасси. Главное не увязнуть и не опустить хвостовую балку.
Я сделал круг над выбранным местом и стал гасить скорость. Уже перед самым зависанием, потоком воздуха с берега начало поднимать пыль, ветки и всяческий хлам, который стал лупить по кабине и остеклению с таким неистовством, что было такое ощущение, будто на нас высыпали несколько тонн сухого гороха.
____________________________________
С. Штинов, "Чеченские записки вертолётчика", Журнал "Болевой порог" Литература.