– Николай, на ваш взгляд, 35-40 лет для человека и для артиста балета в частности, для его жизненного и профессионального пути – это подъем, расцвет или некий определенный рубеж?
– Думаю, к этому возрасту в человеке уже сформировано сознание и приобретен опыт – как положительный, так и отрицательный. Но с точки зрения физиологии наступает момент, когда время касается черт лица. И все же это период молодости, когда в тебе еще есть силы.
До 35 лет побеждают эмоции, ощущения, после – формируется личность.
Но для артиста балета это все-таки своеобразный рубеж. В творческом багаже уже многое накоплено, но за годы настоящего каторжного труда накапливается огромная усталость.
Я практически всю жизнь нахожусь на самом верху – с десяти лет, сразу же как пришел в балет. Сначала я был лучшим в первом классе, потом – в балетной школе. И, когда пришел в Большой театр, стал премьером. Был признан первым не только в стране, но и в мире...
И прекрасно понимал, что должен поддерживать свой статус. Если сегодня станцуешь хуже, чем вчера, ну, или сыграешь не так, тут же забросают камнями.
Парадокс еще и в том, что чем выше ты поднимаешься, тем больше появляется зависти и недоброжелателей, тем больше заказов на грязные публикации. Тебя оговаривают, приписывают чужие слова.
И ты, закрывая на это глаза, стискивая зубы, должен находить силы и выходить к зрителю. Стараешься оставаться ровным и невозмутимым, в том числе общаясь с кругом злопыхателей. Двигаешься вперед, не уронив своего достоинства.
Поэтому, когда говорят: «Он избалован успехом», – это звучит по меньшей мере глупо.
Скатиться легко – дорога вниз очень быстрая. И, чтобы в этой профессии просуществовать на высоте, нужно очень многое преодолевать и еще больше работать.