Режиссер Кори Финли
Школа Рослин процветает под руководством директора Фрэнка Тассоне. Для студентов этого славного заведения растут шансы на поступление в лучшие университеты, а вместе с этим растет и экономика на Лонг Айленде. Заботливого, искреннего и, само собой, потрясающе красивого Фрэнка обожают все: ученики и мамочки, коллеги и соседи.
И на этом гордом фасаде благосостояния незаметно протекают крыши и бюджеты, о чем начинает догадываться студентка Рейчел, которая собирает для школьной газеты материал о строительстве моста. Разумеется, дела принимают катастрофический оборот, когда эта статья оказывается на страницах New York Times.
HBO не часто создает полнометражные фильмы, и их качество не может похвастаться стабильным превосходством, однако «Bad Education» или «Безупречный» - именно та история преступления и публичного наказания является сегодня картиной, которая приоткрывает нам окошко в мир американской общественной сознательности и почти голливудской версии демократии, как когда-то это сделал культовый «12 разгневанных мужчин».
Драма или даже драмеди о злоупотреблении властью на первый взгляд может показаться историей о финансовых махинациях в школе, и для рядового зрителя это едва ли покажется интересной завязкой, но этот фильм уходит намного дальше и исследует целые пласты этических проблем.
Центральная фигура в создании «Безупречного» – сценарист Майк Маковски, бывший ученик школы Рослин, помещает под огромное увеличительное стекло крошечное коррупционное звено, которое не влияет ни на кого, и вместе с тем, влияет на всех и каждого. С одной стороны директор Тассоне обеспечивал студентов превосходным образованием и уделял максимум внимания тому, чтобы быть ближе к ученикам. По другую сторону оказывается ущерб, который никто не ощущал на себе, пока не вскрылась правда. Что мы почувствуем и будем ли мы готовы обрушить осуждение на героев?
Вопрос, на который ищет ответ Маковски: «как человек, который посвятил свою жизнь искренней заботе о благополучии своих студентов, мог настолько хладнокровно обделять их, лгать и обворовывать?»
Размышляющий над этим мягко и без осуждения, «Bad Education» обладает очарованием остроумной иронии и сочувствующей мягкости, и очарование это нарастает с каждой минутой, в то время как очарование Тассоне разрушается. Хью Джекман действительно играет здесь свою лучшую роль, ведь его герой Фрэнк представляет собой лицемера, убежденного в собственной святости, и необычный вид социопата: он не стремится никого убить, он не жесток, и он искренне, с гордостью выращивает сад, с которого свободно снимает плоды. Волнуют ли его дети и коллеги? Возможно. Но может быть и так, что они – лишь еще один атрибут в фундаменте безупречности, который расползался еще до того, как события принимают трагический оборот.
Еще один вопрос, который поднимает «Bad Education» – вопрос авторитетов и свободы слова.
Студентка Рейчел оказывается девушкой с пытливым умом, которая не намерена никого обвинять, но желание во всем разобраться становится для нее выше потенциальных рисков. Итог мы знаем: статья из школьной газеты оказывается в New York Times. И в этой маловероятной, но безусловной реалистичности раскрывается потрясающая социальная сила: в мире, построенном на авторитетах, властной величине успешно может противостоять крошечная, незначительная величина – ученица, которая изобличает всеобщего кумира и вершит над ним публичный нравственный суд.
Возможно, вопросы, на которые «Bad Education» ищет ответы, противоречивы, а поиск ответов – слишком амбициозная задача, но результат выглядит впечатляюще, пусть и не исчерпывающе. Однако технически фильм оказывается даже безупречнее, чем содержание.
Последовательно одна тема цепляет за собой другую, чтобы к финалу образовать падающее домино, и язык, которым это преподносится, оказывается необычайно серьезен, трагичен и от того очаровательно комичен. Но ничто не превращает этот фильм в настолько забавный театр трагедии, как музыка Майкла Эбберса: мотивы напоминают старомодный и прекрасный почерк Ренди Ньюмана, но в работе над этой лентой, Эбберс нагнетает ничуть не хуже, чем его же композиции в картинах Джордана Пила.
Аккуратный и изящный «Bad Education» разыгрывает изумительное представление изощренного лицедейства, чтобы разобраться, насколько коррупция способна стать экосистемой окружающих структур, насколько хрупки авторитеты, какую силу имеет вера в поиск истины.
Последний и главный вопрос звучит так: насколько велик соблазн воспользоваться открывшейся лазейкой? Ответ на него появляется, когда перед заключенным Тассоне случайно открывается дверь тюремной камеры. Этот ответ отбирает у нас эйфорию свершенного правосудия: власть развращает и искажает намерения, и никто от этого не застрахован.