После некоторых размышлений о том, насколько глубоко нам с читателем следует погружаться в перипетии личных отношений в семье поэта, полагал бы верным завершить тему последней главой...
Венчание Пушкина и Натальи Гончаровой, несмотря на все волнения сторон произошло, как все знают, 18 февраля (2 марта) 1831 года. Прошло оно в Храме Большого Вознесения на Большой Никитской, действующем и поныне.
Опустим также подробности о «нехороших предзнаменованиях», связанных с венчанием - падении кольца невесты, погасшей свече поэта. Происходило сие действительно или столь яркие «детали» возникли впоследствии, мы не узнаем.
Доподлинно известно, что женитьба Пушкина связана с огромным количеством версий о материальной стороне дела. Всё упреки опять-таки достаются Наталье Ивановне Гончаровой, которая не смогла собрать отданное дочери, более того - находилась в таком бедственном положении, что не было средств заплатить даже за экипаж, который доставит невесту к венчальному храму.
Отец поэта Сергей Львович перед свадьбой подарил сыну деревню Болдино, под которую взял в сохранной казне Московского опекунского дома долгосрочную ссуду в 38 000 рублей. В феврале поэт пишет Пущину: «заложил я моих 200 душ, взял 38 000 — и вот им распределение: 11000 теще, которая непременно хотела, чтоб дочь ее была с приданым — пиши пропало. 10 000 Нащокину, для выручки его из плохих обстоятельств: деньги верные. Остается 17 000 на обзаведение и житие годичное. В июне буду у вас и начну жить en bourgeois (по-мещански - пер.), а здесь с тетками справиться невозможно — требования глупые и смешные — а делать нечего. Теперь понимаешь ли, что значит приданое и отчего я сердился? Взять жену без состояния — я в состоянии, но входить в долги для ее тряпок — я не в состоянии»...
Другими словами, встретились два несчастья. Но и счастье было! После венчания Пушкин писал: «Я женат – я счастлив. Одно желание мое, – чтобы ничего в жизни моей не изменилось: лучшего не дождусь».
На этом, пожалуй, мы и поставим точку. Хотя для людей, жадных до сплетен, желающих упрекать Гончарову Наталью Ивановну во всех смертных грехах, возможно, это и будет обидно. Она ни в коем случае не осталась ни в чем должной Александру Сергеевичу. Она отдала ему самое дорогое, что у неё было, - свою Натали.
Что же касается занятых ею у поэта средств, то и здесь причин упрекать ее мы не видим. Всё средства семейство Гончаровых вернуло. В какой форме - тому мы не судьи. 11 тысяч рублей вернулись Пушкину приданным Натальи, бриллиантами, некоторым имуществом, среди которого имеется и нечто оригинальное - медная отливка статуи Екатерины II, заказанная в свое время в Берлине ещё самим графом Потемкиным.
Любопытствующим рекомендую заглянуть по этому поводу в Википедию. https://ru.m.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%B0%D0%BC%D1%8F%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA_%D0%95%D0%BA%D0%B0%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%B5_II_(%D0%95%D0%BA%D0%B0%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%B2)
А свыше того освещение финансовых отношений поэта с тёщей - не наша задача. Равно как и остальные внутрисемейные отношения...
