Вы не задумывались о том, как другие люди видят этот мир?
Казалось бы, что тут думать. Трава зелёная, небо синее, а солнце — жёлтое.
Но это не так. Да, колбочки и палочки помогают нам воспринимать наличие цвета и света вообще. Но, после того, как в этих высокоспециализированных рецепторах сигнал преобразуется в нервный импульс — куда он пойдёт дальше? Правильно, в мозг. Именно мозгом мы и "рисуем картину зрительного восприятия".
Зрение можно скорректировать, благо хирурги сейчас творят чудеса. Даже самый незрячий человек может снова увидеть наш прекрасный мир.
Но восприятие в мозге мы контролировать не научились.
Мы с детству учимся каким-то определённым стандартам, что именно такой оттенок обозначается таким-то словом. Но что, если такого слова в нашем языке не будет?
Подберём ли мы другое слово? Или же обозначения этого цвета будет восприниматься нами как оттенок более важного для нас спектра?
Отделить предмет синего цвета от красного не составит обычному человеку труда. Но если мы возьмём много искусственно созданных оттенков синего, мы будем их отличать?
Мы будем воспринимать только те оттенки, которые связаны с какими-то вещами, с которыми мы сталкивались раньше, то есть с теми вещами, с которыми у нас возникнут ассоциации.
Мы будем различать несколько оттенков моря, голубой цвет неба и другие часто встречающиеся примеры у нас под ногами и головой.
Так что, если из-за того, что у нас есть толькл три типа тех самых колбочек, то мы просто не воспринимаем какой-то цвет? Или наоборот, додумываем то, чего на самом деле нет.