Свой тридцатый день рождения Роман запомнил на всю жизнь. Родился он 15 июня, и в тот год этот день выпал на субботу. Погода стояла замечательная, и решено было отметить юбилей на природе, отправившись туда с ночевкой. Друзья выехали с утра пораньше на двух машинах, загруженных до отказа. Укромное местечко, где практически никогда не бывает людей, именинник присмотрел заранее.
Добравшись до конечного пункта, компания расположилась на небольшой полянке неподалеку от реки. Девушки сразу стали готовиться к застолью, нарезая и раскладывая продукты. На мужчин возлагалась обязанность нарубить веток для костра. Войдя в ближнюю рощу, друзья разбрелись в разные стороны. Именинник с походным топориком в руках зашел немного дальше, чем требовалось. Там, в густых зарослях, его поджидал чудовищный сюрприз.
На большой ветке огромного дуба висел труп парня. Остолбенев от ужаса, Роман разглядывал джинсы, яркую оранжевую футболку и кроссовки мертвеца, лихорадочно соображая, что ему теперь делать. Он уже набрал в грудь побольше воздуха, собираясь позвать друзей, чтобы посоветоваться с ними. И вдруг передумал. Роману пришла в голову мысль, не сообщать никому о своей находке. Все-таки тридцать лет бывает раз в жизни, и так хотелось отпраздновать свой день рождения, как запланировано, а прерывать намечающееся торжество страшным известием не было никакого смысла. Покойнику помочь уже ничем нельзя, ничто его теперь не волнует. А живым надо думать о своих потребностях. Глупо портить чудесный праздник лишь потому, что какой-то бедолага решил свести счеты с жизнью именно сегодня и именно в этой роще. Рассуждая таким образом, Роман резко повернулся и пошел в противоположную сторону, не оглядываясь.
Именинник вскоре присоединился к остальной компании, стараясь вести себя непринужденно. Но выкинуть висельника из головы, оказалось труднее, чем он думал. Что бы ни делал Роман – смеялся, шутил, принимал поздравления – перед глазами у него то и дело вставало страшное видение. Тем временем друзья развели костер, приготовили шашлыки, стали провозглашать один тост за другим. Всем было весело, но на душе у именинника было скверно. Он чувствовал себя предателем из-за того, что утаил от приятелей свою находку. Мысль о том, что спасти несчастного было не в их силах, утешала мало.
День незаметно клонился к вечеру. Друзья успели сходить к реке и искупаться. Все отлично проводили время, и можно было с уверенностью сказать, что тридцатый день рождения Романа удался на славу, но на душе у него скребли кошки. Ночью, когда все улеглись в палатках и уснули, именинник не мог сомкнуть глаз. Роману казалось, что он чувствует безмолвное осуждение повешенного за их бурное веселье на фоне его неизбывного горя.
Утром все наскоро позавтракали и вернулись в город. Но и по возвращении домой Роману не стало лучше. Чувство вины усиливалось с каждым днем, мешая ему нормально жить. Он плохо спал по ночам, так как стоило ему закрыть глаза, как тут же перед его мысленным взором вставало лицо висельника. В отчаянии Роман пошел в церковь и рассказал обо всем батюшке. Тот посоветовал ему молиться за неприкаянную душу. Со временем мужчине стало легче, но с тех пор он больше ни разу не праздновал свой день рождения, назначив себе такое своеобразное наказание за тот «пир во время чумы».