Настоящая человеческая фасоль

Мой батя — заядлый киноман. На днях я решил показать ему «Драйв» с Райаном Гослингом в главной роли.
— Э! Опять свою шнягу пиндосскую мне подсунуть хочешь?
— Пап, это очень хорошее кино. Там описываются довольно важные и фундаментальные вопросы нашей жизни.
— Не, батю так просто не проведёшь! Только «Королева бензоколонки» и «Берегись автомобиля», только совкор!
— Пап, там есть машины и махач.
— Правда? Ну что. Можно посмотреть!
Поставил я ему версию в лучшем качестве, какое только удалось найти и отошёл в свою комнату считать курсач.
Время, проводимое за расчётами, пролетело незаметно. Наступил вечер.
Батя всё ещё не показывался из комнаты. Я пошёл проверить, как он там.
Папа сидел с каменным взглядом и смотрел на монитор в одну точку. На мониторе красовался рабочий стол.
— Бать, ты как?
Ответа не последовало.
— Бать? — я коснулся его плеча.
— Зубочистку? — выдал он. Потом резко встал, взял меня за руку и повел за собой по направлению к шкафу.
Там он начал что-то усердно искать. Через минуту поисков из недр шкафа была извлечена кожаная куртка с кислотным рисунком пережатого волка на спине.
Надпись ниже гласила: «Мотоклуб „Волчары из Подзалупинска“».
Батя начал надевать её на себя. Куртка не налезала на его огромное пузо, которое он отъел, будучи женатым.
— Бать, ты чего? Куда тебе эта куртка? Ты слишком толстый для неё.
— Заткнись или я вобью твои зубы тебе в глотку и заткну тебя сам.
Я поспешно замолчал. С батей лучше не спорить.
Мы вышли в коридор, батя остановился. Нагнулся к ящику с инструментами, лежащему на подвесной полке. Достал молоток.
Так же молниеносно поднялся и повел меня на кухню. На кухне готовила la maman.
— Ух ты ж, боже мой! Ты куда так вырядился? А молоток тебе зачем? — её первая реакция на отца в таком облике.
Батя молча открыл холодильник, взял оттуда банку фасоли, схватил откуда-то сверху пачку зубочисток и направился в сторону матери.
— Да что с тобой?
— Пойдем со мной, женщина.
Мамка в халате и я в домашних тапочках, вышли из квартиры. Батя нажал на кнопку вызова лифта.
— Совсем уже дошёл! Я вот что тебе говорила! Травы те пить тебе не надо было! Да и паук этот, Аркадий, наговорил тебе всякого!
Отец игнорировал женщину. Двери лифта открылись. Внутри стоял сосед Петрович.
— О, здравствуйте? Как жизнь? Куда-то собрались всей семьёй?
Мы вошли. Лифт тронулся по направлению к первому этажу. И, похоже, что тронулся не только он.
— Товарищ, а помнишь, как ты ключ на 9 занимал у меня и так и не вернул? Пора отдать уже, — обратился сосед к моему бате.
Отец дёрнул глазом, развернулся к la maman и поцеловал её в губы.
— Эй, ты меня слышишь, друг?
Для соседа было всё предрешено. Резким движением руки батя... достал тот самый ключ и с каменным лицом вручил его Петровичу.
— Вот так бы сразу! — сосед улыбнулся.
Лифт достиг пункта назначения.
Ошарашенная маман, удивленный я и брутальный батя вышли из здания, направившись к припаркованной девятке.
Мы без сопротивления залезли в салон. Батя сел на водительское место.
Словно по волшебству, старая развалюха завелась с первого раза.
Помню, мама спросила что-то на подобие:
— А куда мы?
На что батя, ласково улыбнувшись, ответил ей:
— Я покатаю вас среди ночных холмов.
Из магнитолы вместо привычного шансона заиграл «ночной звонок».
Мимо проплывали знакомые пейзажи моего Мухосранска.
Я откинулся на холодную спинку кресла и уснул.

***

Я открыл глаза.
Лежу на полу коммуналки. Мне 28. Я работаю в маке кассиром. Я никогда не учился в универе. У моего бати никогда не было девятки. У меня никогда не было родителей.
Есть только я и родной потолок. Я, та самая реальная человеческая фасолина, варящаяся в этом мире полного безумия и жестокости.