Найти в Дзене

Ошибки руководителей-самый дорогой вид тренинга

Ну что, давайте знакомиться. Меня зовут Дарья, мне 32 года и из них 13 лет я работаю в области управления персоналом. Мне очень повезло (хотя тут как посмотреть, может быть не повезло) – все эти годы я работала в иностранных производственных компаниях, занимая, как это у нас пишут в объявлениях про тех, кого уволили, «различные должности с постоянно растущим уровнем ответственности». Вместе с уровнем ответственности неуклонно рос и груз знаний, большую часть которую я почерпнула из ошибок. О них и будет написана эта книга. Как бы это ни было печально, люди регулярно допускают ошибки. Это норма жизни, к которой нужно привыкнуть. Проблема в том, что компании не готовы допускать человеческих ошибок. Вообще. Никаких. Ошибки сотрудников могут стоить денег, потерянной репутации, расторжения договора с клиентом, чьей-то карьеры, и тем не менее, они все равно продолжают случаться! Так почему же каждый раз начинается «охота на ведьм» с поиском и наказанием виноватых? Научная деятельность и

Ну что, давайте знакомиться. Меня зовут Дарья, мне 32 года и из них 13 лет я работаю в области управления персоналом. Мне очень повезло (хотя тут как посмотреть, может быть не повезло) – все эти годы я работала в иностранных производственных компаниях, занимая, как это у нас пишут в объявлениях про тех, кого уволили, «различные должности с постоянно растущим уровнем ответственности». Вместе с уровнем ответственности неуклонно рос и груз знаний, большую часть которую я почерпнула из ошибок. О них и будет написана эта книга.

Как бы это ни было печально, люди регулярно допускают ошибки. Это норма жизни, к которой нужно привыкнуть. Проблема в том, что компании не готовы допускать человеческих ошибок. Вообще. Никаких. Ошибки сотрудников могут стоить денег, потерянной репутации, расторжения договора с клиентом, чьей-то карьеры, и тем не менее, они все равно продолжают случаться! Так почему же каждый раз начинается «охота на ведьм» с поиском и наказанием виноватых?

Научная деятельность и исследования доказывают, что именно ошибки – это двигатель прогресса. Для того, чтобы сделать научное открытие, найти вакцину от болезни, синтезировать новый материал необходимо провести миллион, а то и два, а иногда и двадцать два миллиона опытов, которые закончатся полным провалом с точки зрения достижения цели на данном этапе, но станут огромным шагом к успеху, потому что следствием этого эксперимента станет выявление ошибки, которая в дальнейшем будет исключена из опытов. И чем больше таких ошибок мы исключим, тем выше вероятность, что мы стали еще на шаг ближе к цели. Но коммерческие организации не для того нанимали людей и отправляли их на тренинги, чтобы они тут ошибались! Нужно чтобы все точно знали, в какой ситуации что нужно делать. К сожалению, зачастую такой подход приводит лишь к тому, что ошибки начинают прятать, замалчивать или стыдливо забывать о них, желательно навсегда. Особенно неловко бывает топ-менеджерам, которые выросли внутри компании, а коллеги, которые помнят, как он написал приятелю «Иван Иваныч-козел» в чате, но по запарке отправил это Иван Иванычу, все еще вокруг него, и судя по их гадким ухмылкам, рассказывают эту историю всем подряд.

При этом особенно странно, что учитывая колоссальный потенциал ошибок, как чужих, так и своих (особенно своих!) компании не используют эти случаи как тренинги, а тихонько заметают их под коврик, как горничная на картине Бэнкси. Обычно механизм следующий: обнаружили ошибку – нашли , кого обвинить (заметьте, не факт, что того, кто виноват) – применили карательные меры – выдыхаем и работаем дальше. Мы уверены, что эта ошибка больше не вернется? Не-а. Но всем как-то полегчало. И голова виновного на частоколе около офисной парковки гармонично дополняет утренний пейзаж.

Почему я говорю именно об ошибках менеджеров и лидеров? Все очень просто. Специалисты практически не принимают решений, и в-основном допускают технические ошибки. Руководители же наделены правом и проклятием принятия решений. И эти решения могут быть драматически хорошими и эффективными, либо просто чудовищными. Многое тут зависит от квалификации и умственных способностей руководителя, но это неточно😊

Что мы вообще подразумеваем, когда говорим слова «менеджер» и «лидер»? В последнее время они стали часто использоваться в качестве саркастичных замечаний, например говоря о «менеджере» многие представляют себе увальня, который за низкую зарплату умирает от скуки в офисе, проводя все время в соц сетях и жалуясь на жизнь. При этом слово очень оживляется, если к нему добавить прилагательные. Например, «эффективный менеджер» в сознании многих сразу трансформируется в гниду, которая распихивает работу по подчиненным и пожинает плоды их труда. Сам при этом бездельничает, но уже принципиально. Продолжать ассоциативный ряд можно долго, но суть вы уловили.

Со словом «лидер» и того хуже. У многих граждан постсоветского пространства со словом «лидер» в первую очередь ассоциируются коммунистические вожди, и , как следствие, ничего хорошо. В голове возникает фраза из фильма «свадьба в Малиновке»: «значит, будут грабить».

На некоторых тренингах для руководителей для разных групп участников мы проводили упражнение «портрет руководителя и портрет лидера». Суть предельно проста: одна команда рисует руководителя, другая-лидера. Задача без слов на рисунке показать того и другого со всеми присущими им атрибутами. Несмотря на то, что группы были разные, рисунки были , как правило , очень похожие. Руководитель изображался за столом, заваленным бумагами, с телефонами, ноутбуками, планшетами, делая сто дел одновременно. Галстук на портрете сдавливал руководительскую шею, из под очков глядели грустные усталые руководительские глаза.

Лидер обычно шел в двух вариантах: Данко, несущий свое сердце, освещая дорогу людям (у нас не художники работают, картинка была больше похожа на любой плакат к фильму про зомби), либо Владимир Ильич на броневике (не все знают, как выглядит броневик, поэтому приходилось включать фантазию).

Какой отсюда можно сделать вывод? Часто люди и сами толком не осознают, что вкладывать в эти понятия. Но чувствуют, что эти товарищи как-то отвечают за происходящее в компании и за принимаемые решения, поэтому руководители чувствуют давление и сверху и снизу. Цена ошибок и страх их допустить из-за этого могут вырасти по экспоненте. При это цена может быть высока: лишиться репутации, карьеры, работы и средств к существованию. Глубоко рефлексивные личности пожертвуют и моральным здоровьем, грызя себя за то, чего уже не изменить.

Тем не менее за все время своей деятельности я говорила и буду продолжать говорить: ошибки должны открыто обсуждаться. С поиском причин в процессах, а не в людях. С целью исправить, а не наказать. Самый лучший тренинг – это практический кейс про ошибки. Особенно про свои.