Кажется, модное на западе движение MeToo докатилось до России.
Сбербанк отстранил от работы двух своих сотрудников по обвинению в сексуальном насилии. Имен сбербанки не называют, но речь, мы знаем, идет про бывшего сотрудника «Открытой России» SMM-менеджера, занимающегося социальными сетями, Руслана Гафарова и руководителя проектов Сергея Миненко.
Звезды либерально-оппозиционной журналистики, разной, на самом деле, на всю страну рассказывают нам кто, кого, куда, с кем, где и когда насиловал и домогался.
Все отечественные насильники и совратители дружно начали каяться и просить прощения, ссылаясь на некую новую этику, о которой они якобы знать не знали и ведать не ведали. Мол это новая этика прошла мимо них, как и представление о границах дозволенного.
То есть следуя их логике, вроде бы раньше как будто бы насиловать можно было, а теперь, к сожалению, нет. Звучит всё это, естественно, лицемерно, забавно, смешно. Так как еще несколько лет назад все те, кого сейчас обвиняют в харассменте, стояли, собственно говоря, в авангарде защиты движения MeToo у нас в России и являлись главными, абсолютно самоотверженными борцами за женскую правду. Но что-то пошло не так.
Вообще, движение MeToo , это действительно очень серьезно. Изнасилование, склонение к сексу и вообще любое насилие, абсолютно недопустимое. Это уголовное преступление, за которым должен следовать реальный тюремный срок.
Здесь всё ясно, споров не вызывает. Но как это часто случается, MeToo превратили в, своего рода, «технологию», если так можно выразиться, в числе для сведения счетов.
На Западе технологию уже откатали, теперь пришли к нам. Как это работает. То есть это некая тенденция, по происшествии многих лет вдруг вспомнить, что кто-то меня когда-то как-то не так целовал или хотел поцеловать, или еще чего-нибудь хотел или сделал. По происшествии многих лет заявить об этом. Доказательств за давностью лет, как правило, не существует.
Но в результате мы получаем сломанные судьбы, разрушенные политические, в том числе, карьеры, бесконечный позор, как это, например, произошло с Харви Вайнштейном. Это самый громкий в мире случай.