Вот Микаэл Таривердиев предсказал, что песня в будущем разделится на две неравные части: меньшая и лучшая уйдет в Большой зал консерватории, а большая и худшая — в кабак. Он всегда говорил: “Надо своим искусством служить народу”. Служить! Но не обслуживать. … Меня в любом явлении, особенно отрицательном, интересует, где причины, а где следствия. Я не оправдываю артистов эстрады, но они поют то, что считается естественным петь, то, что разрешается, то, что поощряется. Это уже политика. Дело не в том, что им говорят: “Пой нарочно про грязь”. Но, оказывается, это возможно и прибыльно. Еще говорят: “Зато свобода!” Мне не нужна эта свобода. То, что вы видите на экране, занимает время, которое могло бы быть занято иным. Вернуть ситуацию, при которой народ снова полюбил бы гениальную музыку (я помню общенародные баталии вокруг Лемешева и Козловского, например), очень просто. Это очень просто! Что человек впитывает с детства, то и любит. У нас были сказки и Пушкин, сейчас — комиксы. Комиксы, и всё. Это делается специально. А почему делается — скажете сами, не знаю…»
