Nomad — по-английски кочевник, а диджитал номадами называют людей, которые работают удаленно (обычно в сфере ИТ) и болтаются по всему миру. У них нет планов где-то осесть на длительный срок, нет желания купить жилплощадь, вообще нет привязанности к вещам. Вместо вопроса “Где ты живешь?” они спросят “Ты тут надолго?”Конечно, многие из них — совсем молодые ребята, которые говорят, что хотят посмотреть мир, а потом когда-нибудь осядут, заведут семьи — все, как у приличных буржуа. Но, думаю, возможность по щелчку пальцев менять жизнь (или хотя бы локацию) затягивает — многим моим знакомым уже хорошо за 30. И действительно: почувствовал дискомфорт, заскучал — и можно рвануть куда-то еще, за новыми впечатлениями и встречами. Лет 10 назад у меня был знакомый, мечтавший осесть в Новой Зеландии. Вернее, это была его мечта на момент нашего знакомства — до этого он уже в нескольких странах пожил. Для Новой Зеландии ему пришлось много усилий приложить и времени потратить, но все получилось. Нашла его недавно в фейсбуке, парень классную карьеру сделал, но уже года четыре живет кочевником. Когда привык болтаться по миру, не получается осесть и в стране мечты.
Диджитал номады, даже самые молодые, обычно вполне зрелые личности: если повидал полмира, уже тяжело мыслить стереотипами, да и необходимость постоянной адаптации в новых местах помогает быстро повзрослеть. Правда, даже стремясь глубоко погрузиться в культуру и социум тех мест, где временно живут, новые кочевники обычно все равно остаются на своей волне. Когда тебе 25 лет, и ты получаешь в месяц столько, сколько большинство получает в год, при всем желании тяжело понять местную жизнь. (Тут не могу не сказать, что колумбийская минимальная зарплата почти на сто долларов больше русской. Всегда думаю об этом, когда какой-нибудь соотечественник начинает про джунгли-обезьян и банановую республику задвигать). Несмотря на космические, по меркам многих, заработки, номады, как правило, в лучших традициях кочевников живут скромно: снимают хостелы или комнаты в больших квартирах, не кутят, не покупают дорогих гаджетов. Недавно один парень хвастался мне часами Casio за 25$ — носит такие с 14 лет, просто покупает новую пару, когда приходит время. Зарплата у него $150 тысяч в год.Непривязанность распространяется и на отношения: у номадов, с одной стороны, есть друзья по всему миру, и вообще хорошо развиты навыки общения, с другой — нет близкого круга. Про любовь тоже самое: либо такой же кочевник, совпадающий в планах на перемещения (что, как я вижу, нечасто бывает), либо краткосрочные романы. Но, думаю, влюбленность — это чуть ли не единственное, что может заставить номада хотя бы на время зажить оседлой жизнью. В Колумбии знаю таких ребят — были в стране проездом, встретили “тех самых” и решили остаться.
Тусоваться с диджитал номадами я очень люблю (хотя засевших дома суровых программистов-интровертов люблю не меньше), но не могу отделаться от мысли, что такой стиль жизни — новый вариант колонизаторства. Вроде и уважительно к культуре относишься, и стараешься подстроиться, но все равно, получается, что пользуешься благами, которые большинству местных жителей недоступны, а ради твоего комфорта (кочевников же очень много сейчас) появляются целые инфраструктуры, которые обеспечивают опять-таки местные, которым это опять-таки недоступно. Такой вот нью-эйдж колонизатор получается.Напоследок история: познакомилась с семейной парой, которая уже второй год плывет на крошечной яхте вокруг света. Три года к этому готовились. Восхитилась ребятами, тем, что реализуют то, о чем многие только мечтают, а в ответ услышала: “Эх, мы тоже думали, когда начинали путешествие, какие мы неординарные. А оказалось, что таких исполнителей мечты по морям-океанам плавает несметное количество, уже и странным кажется, когда нашему образу жизни кто-то удивляется”.