Когда волна разрушительных протестов прокатилась по городам США, это казалось очень далёким и нас нисколько не касающимся.
Когда движение BLM поставило на колени Европу, это всё ещё было далеко. Когда нашему автогонщику Даниилу Квяту пришлось комментировать то, что он не встал на колено, это явление обрело связь и с Россией, но всё ещё казалось отстраненным.
Подумаешь, толерантная Европа. У них ведь и Евровидение выиграла Кончита. И хотя вопросы расы и пола — вещи разные, но им лишь повод дай сделать шоу толераст... исполнить гимн толерантности. У нас-то представители негроидной расы всегда считались экзотикой. И отношение к ним было соответствующее. Никто в рабстве не держал. Сейчас и вовсе темнокожие предприимчивые граждане в любом городе России неплохо зарабатывают на своих внешних особенностях.
Прецедент с протестом темнокожего жителя Томска возле рекламной вывески, на его взгляд оскорблявшей черных, дал возможность прочувствовать близость происходящего.
"Мир не останется прежним после этих событий", — утверждают борцы с расизмом.
Возможно. "Но станет ли мир после этого лучше?" — вот в чём вопрос.
И хотя гнев темнокожего томича никого не впечатлил, публичных извинений в лучших традициях запада не последовало, и даже "скандальную" вывеску не сняли, есть повод задуматься.
Пожалуй, предвестники будущего черного расизма в мире возникли, когда мы получили запрет на слово "негр". Появились первые рамки для белых, хоть и выглядело это очень толерантно и политкорректно. По сути, это обозначение цвета, только на другом языке. Почему "black" нейтральное слово, а "niger" (черный с лат.) — запрещенное, понять мне так и не удалось. Возможно, разница в эмоциональной окраске и исторической составляющей. Но пока мы корректно подбирали синонимы к людям со столь необычным цветом кожи, они не утруждались подбирать подобные синонимы к нам. Может, когда синонимов не останется, нам поможет Джоан Роулинг, и появятся "те-чью-расу-нельзя-называть". Маленькая привилегия для черных перед белыми. Количество привилегий растёт.
Толпа, разрушающая магазины, имеет что-то общее лишь вначале. А далее начинаются различия: если одни движимы ненавистью к расизму, то другие — ненавистью к белым.
Много враждебных лозунгов, призывающих к уничтожению, можно увидеть в толпе ущемленных в правах цветных.
Но как же обойдутся отважные сокрушители памятников без своих "угнетателей"? Кто же будет обеспечивать их пособиями, кому будут страдальцы доказывать свой особый статус?
Темнокожий начальник лишит премии темнокожего работника, не боясь обвинений в расизме. Цветные полицейские пристрелят соплеменника-рецидивиста, и ничего им за это не будет.
Возможно, именно о таком мире и мечтают некоторые темнокожие. Где черные для черных. О мире, где белым, если и есть место, то в роли рабов, униженных и оскорбленных, безропотно несущих кару за грехи дедов.
Но белые привыкли созидать (не гнушаясь, конечно, иногда и трудом чёрных), творить и открывать новое.
Смогут ли те бунтующие афроамериканцы удержать уровень жизни и темп развития, который так хотят забрать у белых — большой вопрос.
Всё, что они демонстрируют сейчас — это умение рушить магазины и сносить памятники. У подавляющего большинства нет привычки созидать. Они привыкли требовать и жить за счёт других и сильно не дотягивают до своих предков — тех самых рабов, которые умели работать.
Когда для цветных открылись все двери, они бросились покорять киноиндустрию и модельный мир. Словом, те места, где работать нужно меньше. И достигли в этом некоторого успеха.
А как же наука? Некоторые научные сообщества, проникнувшись абсурдными идеями BLM, возмутились и запротестовали, что нет в науке достижений у афроамериканцев. Удобнее, конечно, думать, что не дали возможность развиться молодым гениям. Но что на самом деле? В тот период, когда весь мир, кажется, максимально лоялен к цветным, они не бросились толпой поступать в университеты или защищать кандидатские. Они бросились громить. Громить то, что таким трудом многими столетиями создавали белые.
Хочется, верить, что эта оголтелая толпа ненавидящих людей — не весь народ.
Невольно понимаешь, что эти темы последних новостей, от которых никуда не деться в информационном поле, делят россиян на два лагеря: те, кто, наслушавшись последних ужасов, где-то в глубине души обнаружил в себе расиста, и тех, кто в целом откликнулся на протесты негроидной расы. Возникает ощущение, что окно Овертона распахнулось.
Хочется верить, что многие против этого безумия. Что в каком-нибудь Вашингтоне примерный темнокожий работник, семьянин и отец очаровательных кудрявых детишек, возвратившись домой с работы, очень сетовал на своих соплеменников, что ближайший магазин разгромлен, и придется отовариться в дальнем.
Ситуация в США к России, у которой масса своих задач и сложностей, на первый взгляд, совсем не относится. Но... Если был первый прецедент, то, вероятно, он не последний. Главное, чтобы не дрогнули предприниматели, отказавшись от отбеливающих кремов и автозагаров, и маркетологи, которые "топят по-черному".
Чтобы не было пропаганды всеобщей любви и принятия, ибо за этим всегда скрывается обратный расизм, абсурдный в своих идеях и проявлениях, граничащих со зверством.
Наш маленький канал только начал своё существование в большом мире "Дзена". Поэтому будем очень рады поддержке в виде "лайков" и конструктивных комментариев. Будет замечательно, если у нас появятся подписчики , которых мы будем очень любить и ценить.