Не так давно была озвучена официальная статистика обращений в государственную службу наркологической помощи. Следуя которой было видно что за период пандемии количество обращений снизилось. При этом продажи алкоголя в розничных магазинах выросли, связали это с тем что люди покупали алкоголь для дезинфекции.!🤷🏻♂️🤷🏻♂️
Хотя работая в полях, было отчетливо видно что в аналогичный период количество обращений увеличилось примерно 3 раза. Из чего можно было сделать вывод что контингент обращающейся за помощью поменялся. В основном люди искавшие помощь в частных структурах это люди не имеющие ранее проблем с зависимостью либо те люди которым зависимое поведение не приносило ни какого вреда и не разрушала их жизни и жизни близких. Мы понимаем под зависимостью не сам факт употребления чего либо, а факт самолечения от каких либо состояний которые были обусловлены теми или иными выборами человека, при этом это устойчивая и повторяющееся модель поведения. Так же можно это назвать побег от реальности. 🏃🏼 🏃🏼🏃🏼От той реальности с которой трудно. Реальность которая бросает нам вызов и вторгается в личное и казалось бы защищенное пространство. И мы отвечаем реальности: придумываем свои миры, баррикадируемся, тиражируем её, уходим от неё или принимаем реальность "как должное". С какой же все-таки реальностью столкнулись люди что им потребовалось самолечение и прибегание к горячительным напиткам. В период пандемии из каждого утюга можно было слышать примерно следующее: « мир изменился», « мир не будет прежним» ни кто не сказал каким он будет, или хотя бы каким может быть. Многих напугали эти обстоятельства. Это оказалось одним из личностных вызовов каждого, почувствовать новый мир и найти свое место в нем, и сделать выбор. Существование возможности выбора самого по себе имеет несколько значительных последствий для человеческой жизни. В первую очередь наличие свободы выбора делает возможным существование ответственности. Само принятие на себя ответственности человеком может быть не сопряжено со свободой выбора, потому что зачастую такой выбор не предоставляется: просто пред задано что-то, за что человек теперь ответственен. Но именно здесь и появляется возможность осуществления свободы выбора, именно в такой ситуации человек свободен решить, будет ли он нести ответственность или нет. И без духовного начала я имею в виду такой принцип как « мужество» сделать это трудно и практически не возможно. Очень многие в период пандемии возможно впервые в жизни встретились с собой. У большинства обратившихся стояли одинаковые вызовы, отсутсвие видение будущего и не удовлетворяющее их настоящее. Что является не чем иным как экзистенциальным вакуумом. Этот феномен был описан Франклом. Так же было проведено два исследования его учениками во время вьетнамской войны и студенческого кризиса, которые одинаково показали что люди употребляющие столкнулись с потерей смысла жизни, с чувством отсутствия будущего и видением дальнейших перспектив. Следует заметить что уже через восемь-двенадцать месяцев после прибытия домой 96% солдат-наркоманов либо резко завязывали с приёмом запрещённых веществ, либо настолько сильно снижали дозу, что даже их родные не могли ни о чём догадаться. Через три года картина несколько изменилась: теперь 94% пребывали либо в завязке, либо на минимальной дозе, а 2% всё же покатились вниз по социальной лестнице. Итого лишь 6% из всех употреблявших во Вьетнаме оказались устойчивыми зависимыми. Что же нам делать. Во первых отказаться от стигматизации проблемы. Видеть в человеке человека, а не болезнь. Так же важным может быть понять что конкретному человеку дает данное поведение и чего оно у него забирает. Так же важно заметить что многие обратившиеся не больны зависимостью, но задел для нее положен опытом бегства от реальности.
