Одна знакомая, в очередной раз делясь историей своих скандалов с сожителем, сказала, что решительно не понимает тех пар, в которых царят гармония и взаимопонимание, потому что, по её мнению, так скучно жить. То ли дело скандалы, интриги и рукоприкладство. Страсть, одним словом.
Спорный вопрос, можно ли назвать её жизнь интересной, если она каждый день живёт как на пороховой бочке, чередуя походы в полицию и больницу после очередного избиения...
Более того, девушка сознательно вышла замуж за этого человека, уже зная его личину.
Я, услышав подобные речи, могу только загадочно покрутить пальцем у виска, ибо не понимаю, а точнее отказываюсь понимать эту позицию.
Девушки, ну как можно не уважать себя, чтобы позволять по отношению к себе рукоприкладство, оскорбления и насилие?
Все мужчины, с которыми я встречалась, знали, что если в мой адрес прозвучит нецензурная брань, не говоря уже о попытках поднять на меня руку, я исчезну из их жизни навсегда. Это мой принцип. Я просто-напросто перестану видеть в этом человеке мужчину.
Надо сказать, мне ни разу не попался мужчина, который бы попытался меня как-то унизить или тронуть пальцем. Видимо, я изначально выбираю адекватных.
Другая моя знакомая живёт с мужчиной, который сначала жёстко ограничил её круг общения, стал контролировать каждый шаг, затем, когда она забеременела, он приказал ей делать аборт, а теперь она задаётся вопросом: "почему же он не берёт меня замуж?!"
Она звонит подруге, жалуется, что он плохой, что ей не нужны такие отношения, а потом кладёт трубку, и всё продолжается, как раньше. Потому что ей, по всей видимости, нравится роль жертвы.
Девушки, которые постоянно стонут о том, как ужасен их партнёр, и при этом ничего не предпринимают, чтобы уйти и прекратить издевательства над собой, не вызывают у меня ни грамма сочувствия.
Видимо, адекватные отношения с взаимоуважением, заботой и любовью - это не их формат. Вот только откуда эта тяга к мазохизму? Ведь обе были воспитаны в хороших семьях.
В целом, это конечно их дело, пусть живут, как хотят. Только когда я задумываюсь о том, что у них могут быть дети, которые станут невольными свидетелями и участниками такой модели семьи, у меня съёживается сердце.